дуэт недели
эпизод недели
Мужчина, кажется, не против чая, поэтому ты пробуешь заварить этот несчастный чай, а еще параллельно собираешься помыть кружку для него...читать
Лондон, март 2020 \\ реал-лайф \\ nc-21

RED BUS

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » RED BUS » реальный мир » Dream On


Dream On

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Dream On

http://forumuploads.ru/uploads/0015/8c/c8/2224/61688.jpg

время действия:
13 февраля 2020

Ben O'Sallivan
&
Julian Croft
&
Logan Connor

место действия:
мечты-мечты

Сны - это не просто так, это отражение бессознательного (п)очти цитата

Предупреждения: 18+

+2

2

Сегодня Джулиан засыпал без Бена. Поэтому делал он это в его кровати. Засыпать с его руками на своей заднице было так сладко, что Джулиан готов был отказаться от любых других сладостей, лишь бы каждый раз перед сном сильные руки Бена сжимали игриво его булки, иногда соскальзывая пальцами к ненасытной до его большого члена дырочке.
С такими греховными мыслями и железным стояком Джулиан засыпал. Обнажённое подтянутое тело было прикрыто простынью только наполовину, оставляя левую ногу, бедро и почти весь торс, за исключением правого бока и правого плеча, открытыми. Тело Джулиана всегда было очень тёплым на ощупь, но во сне он разогревался почти так же, как во время секса, так что ему становилось душно от одной мысли о том, чтобы спать в нижнем белье или, о ужас, под тёплым одеялом.

Разум Джулиана погрузился в мягкую, уютную темноту. Он медленно снижался или взлетал вверх спиной вперёд. В этом беспросветном мраке, ласковом и приятном, не было ни низа, ни верха. Одно лишь безграничное пространство, в котором разум растворялся и исчезал до пробуждения.
Если, конечно, как сейчас, в этой тьме вдруг не прорезался горизонт. Зелёный с голубым. Джулиан моргнул раз, моргнул два - и этот горизонт прилип к его векам, чтобы после третьего смаргивания распахнуться иллюзией сновидений.
Посреди бескрайнего луга с короткой, но мягкой и густой травой ярко-изумрудного цвета, Джулиан возлегал на алых подушках. В бесконечности лазурно-голубого, безоблачного неба светило летнее, почти белое солнце. Оно ласкало тело Джулиана, прикрытое тонкой, полупрозрачной белой туникой, которая доходила только до колен Джулиана. Такие же туники были надеты на двух мужчин, которые стояли на коленях по обе стороны от Джулиана. Один, золотоволосый блондин с телом атлета, держал в руках кувшин и тонкий хрустальный бокал. Он наливал янтарного оттенка вино и нежно поил Джулиана, слизывая с его губ лишние капли напитка. Второй, мускулистый великан со смуглой кожей держал золотое блюдо с фруктами и свободной рукой срывал с ветки ярко-красные виноградины и подносил их к розовым губам Джулиана, чтобы тот мог облизать ягоду и забрать её из руки губами, коснувшись ими пальцев, державших ягоду. Великан сразу же целовал эти пальцы, ещё помнящие губы господина.
Джулиан взмахнул рукой, и оба его раба отставили угощение. То, как они жаждали дальнейшего приказа, легко можно было понять по умоляющему взгляду блондина и по желвакам, которые от едва сдерживаемой страсти играли на щеках смуглого силача. Ну, и по тому, как подолы их туники висели на их стоящих членах, промочивших ткань насквозь. Джулиан кивнул блондину и глазами указал вниз, и он тут же бросился исполнять приказ. Зубами оттянув подол его туники, он с сакральным трепетом приник губами к стоявшему члену Джулиана, дрожащими от вожделения и восторга пальцами оглаживая его яйца и плоский, рельефный живот.
Кивок силачу, и тот присоединился к блондину. Сладкие стоны Джулиана разносились над изумрудным лугом и щекотали небеса, заставляя солнце распаляться и греть ещё сильнее, словно присоединяясь к троим любовникам и гладя со всё большим пылом их тела, наливая их силой и сладострастием.
Дуэт рабов облизывал и посасывал член Джулиана, и каждый из них пытливо заглядывал ему в глаза, чтобы узнать, доволен ли господин их ласками, достаточно ли усердно они ублажают его тело. Господин был доволен. Он запускал пальцы в их волосы и чуть подталкивал заглатывать глубже. Только когда мужчина исполнял требуемое, заглатывая почти до конца, Джулиан ослаблял хватку и гладил по голове послушного раба. Затем он отстранил обоих от своего члена и перевернулся, встав на колени и руками обняв подушки, на которых лежал. Приказа или указаний здесь не требовалось. Слуги прекрасно знали, что должны были делать, и они с воодушевлением вылизывали, целовали и ласкали пальцами его дырочку, почти что отталкивая друг друга и борясь за возможность подольше ласкать своим ртом господина.

Джулиан в квартире спал, но сон его был сладок. Тело, не видя разницы между реальностью и сном, отвечало на картинку, стоявшую перед мысленным взором хозяиина. Член Джулса поднял простыню. Его рука томно прошлась пальцами по груди, опустилась к паху, жадно вцепилась в ткань и потянула на себя. Прохладный шёлк ткани, двигаясь вдоль тела, гладил его своей прохладной поверхностью, заставляя Джулиана томно вздохнуть во сне. Повернувшись на бок, он сжал простыню между колен и прижал её кулаком к груди, словно пытался найти там, в складках ткани, желанного любовника. Или двух?
Вторая рука подтянула к себе подушку со стороны Бена. Она пахла им, и Джулиан во сне обнял её и закусил уголок.

В реальности грёз трое любовников сменили позу. Силач поднял за бёдра Джулиана, так что он опирался на подушки только плечами. Голова свисала вниз, и он ласкал торчавший перед ним член блондина. Его лицо до этого момента было смазанным, очертания не запоминались и ускользали, но стоило только в сон проникнуть запаху Бена, блондин обрёл его лицо, знакомое и желанное. С этого момента посасывать его член Джулиан стал активнее, периодически переключаясь на висевшие яйца, налитые и горячие.
В редких перерывах, когда рот Джулиана оказывался свободен, он страстно шептал:
- Как я обожаю твой член, Бен… и как же хорошо ты сосёшь…
Именно это блондин и делал, стоя лицом к паху Джулиана и ублажая его торчавший член своими натруженными губами. Великан же, держа тело господина ногами вверх, стоял со стороны его спины и лицом зарывался между ягодиц, с позволения Джулиана проникая в анус своим языком, словно пытался трахать им своего господина. Руки силача, который вдруг обрёл лицо Логана, сжимали ягодицы Джулиана и мягко похлопывали их, ровно так, как приказал Крофт, и ни на йоту не сильнее. Джулиан тоже нашёл применение своим рукам: заведя их за спину, он подрачивал огромный член силача, торчавший в сторону его спины как копьё из плоти, и оглаживал его массивные яйца.

Джулиан снова заворочался во сне, рука отпустила ткань и скользнула вниз, то поглаживая член, то двигаясь дальше и погружаясь в промежность, пылающую от похоти, чтобы коснуться ануса и ласково огладить подушечкой пальцев.

Отредактировано Julian Croft (2020-02-26 17:09:00)

+3

3

День выдался чертовски тяжёлым. Логан, закончив с душем, едва доплёлся до кровати, стараясь не смотреть на свои синяки, которые украшали его тело, словно россыпь синюшних созвездий. В этом не было никакой сучьей романтики, ведь он просто подрался с какими-то утырками, которые напали на него по дороге домой. И чтобы Лог не дал им отпор? Нет уж, увольте! Никогда Коннор не даст слабину перед какими-то ублюдками, которые даже не знают, на кого нападают! Дилетанты!
Голова едва коснулась мягкой подушки, а глаза мужчины уже начали смыкаться. Рука, всё ещё ноющая из-за в очередной раз сбитых костяшек, начала казаться какой-то слишком незначительное, и почти перестала болеть. Объятия Морфея всегда были для него самым лучшим лекарством, иначе и быть не могло. Лог моргнул, снова и снова, пытаясь сбросить оковы тяжких мыслей.

Внезапно он ощутил, как тело расслабляется, а сам он стоит посреди зеленого поля. Тёплый ветерок касается его обнажённых ног, а сам он держит огромную чашу с фруктами, которыми кормит кого-то важного. Логан улыбнулся и позволил себе просто получать удовольствие. Он знал, что находится в правильно месте. Он знал, что тут его никто не попытается ударить или нанести вред. Он был тут в безопасности. Он так устал воевать. Пусть лучше прожить вечность рабом этого прекрасного господина, чем снова браться за оружие.

Снова и снова он целовал эти нежные пальцы, и его плоть тотчас вспомнила мягкое касание ими. Туника совсем не смогла бы скрыть его могучую эрекцию, но ни о каком стеснении не могло быть и речи. Господин был в восторге от его чресел. Ведь он был тут не один. Ещё один, почти такой же высокий и сильный, но с волосами цвета спелой пшеницы, рядом был ещё один мужчина. Он не был врагом – он был рядом с господином, исполняя его волю. Они были вместе – всегда втроём. Эта мысль странно согревала чёрствое сердце.

Потому он и среагировал на кивок господина, как на звук боевого горна. Почти отталкивая блондина, воин коснулся языком головки, смачивая её собственной слюной. Какая вкусная! Как нектар! Они старались на пару с блондином, но меж ними не было соперничества за вниманием господина. Скорее, соперничество в том, кто быстрее удовлетворит его.

Даже слова были не нужны. Воин, поцеловав блондина, чьи губы ярко блестели алым похотливым маревом, обхватил своей ладонью яички господина, улыбаясь простоте ощущений и взаимным удовольствием. Губы согрели своим дыханием стоящий почти вертикально член, а язык коснулся в очередной раз напряжённой головки. Вкус слюны блондина и естественная смазка господина ударили в нос, и воина повело в сторону. Слишком прекрасно, чтобы быть правдой. Не слишком долго думая, он обхватил губами ствол, ощущая на затылке твердую ладонь, что направляла его действия, стараясь облизать его своим языком, пока член двигался у воина во рту. Но рука была всё также тверда и, посмотрев своему повелителю в глаза, боец просто и без изысков заглотил член до самого горла, ощущая, как напрягается кожа.

Логан, закутавшись в одеяло, тотчас скинул с себя ткань, перевернувшись на бок. Его собственный член уже стоял колом, упираясь в бельё, а рука, на которой он не лежал, скользнула вниз, к бёдрам. Изо рта вырвался очень громкий чпокающий звук, да и сам мужчина при этом сладко начал причмокивать губами, то и дело касаясь их своим языком.

Он шутливо пихнул блондина, стараясь первым добраться до красивых, аккуратных ягодиц господина, которые уже манили своей персиковой упругостью и жаром бесстыдного желания. Коснуться языком, провести по коже, ощутить дрожь чужого тела, так жаждущего соития – идеальная награда для воина. Из позиции сменились – теперь Логан держа господина на весу, позволяя блондину ласкать его своим языком. Блондин явно знал, чем занимается, и его уверенные движения вызывали в повелителе много ощущений. Но они заглушались сочными звуками – кажется, господин и сам решил занять свой рот.

Счастливая улыбка коснулась лица бойца, а сам он, не теряя времени, прижался с довольным урчанием, к дырочке господина. Он ждал этого. Наверное, даже мечтал? Какая разница – когда его язык прошёлся по кругу мышц и уверенным движением протолкнулся внутрь. Мягкая плоть вокруг его рта с неохотой начала расходиться под напором мужчины, но не стремилась так сразу впустить его внутрь. Ох, Логан бы охотно заменил свой язык чем-то покрупнее и поувесистее, но вредить повелителю он не хотел бы.

Снова и снова входя языком в горячее, дрожащее нутро хозяина, мужчина сжимал кожу ягодиц пальцами, словно желая отпечататься на теле владыки. Он ощутил горячее касание руки на своём члене, и довольный, начал медленно толкаться в сильную ладонь рукой. Это было настолько странно, но приятно, что Логан не удержал тихий, довольный хрип.

Лог с тихим рычанием перевернулся на живот, пыхтя себе под нос что-то нечленораздельное. Затем его бёдра стали немного двигаться характерными движениями. Ткань белья помноженная на горячую кожу, заставили его член ещё сильнее окрепнуть и показаться блестящей головкой из-под резинки.

Их губы с блондином снова встретились, когда они оба потянулись к яичкам хозяина. Чередуя укусы друг друга и нежные поцелуи чресел владыки, Логан вдруг понял, что смотрит на лицо Бена. Как всегда, красивое, он смотрелось очень контрастно сначала рядом, когда их губы касались друг друга и когда его красные от напряжения губы перекатывали мошонку хозяина во рту.

Логан бережно опустил своего повелителя на шёлковые подушки – не потому что устал, вовсе нет. Потому что захотел принести своему властелину иного рода удовольствия. Бен был рядом и едва повелитель оказался на земле, тотчас приник ртом к дырочке, стараясь сделать как можно приятнее.. Джулиану? Теперь, сквозь пелену удовольствия, воин прозрел лицо своего бога и не усомнился.

Он обошёл по дуге хозяина, по пути скидывая тунику, которая очень мешала, и, поглаживая себя по члену, опустился на колени перед лежащим Джулианом, нависая над его лицом, словно умоляя без слов коснуться и его своим волшебным языком. Господин просьбу выполнил и теплый, чуть шершавый язык провёл несколько раз по коже. Но Логану хотелось большего и он, с самым преданным взглядом, подложив подушку под шею Джулиана, наблюдая, как Бен изо всех сил растягивает своего владыку, прикоснулся к губам своим налитым кровью членом. Головка чуть проникла между губ, заставляя господина томно вздохнуть. А затем, на бёдра воина легли горячие ладони и Логан понял – ему разрешили. Толкнувшись по очень короткой амплитуде, он проник наполовину в рот своего владыки.

+3

4

Спать вне дома было непривычно. Разумеется, ничего страшного, но не свой дом - это не свой дом. И постель слишком жесткая, и белье не такое, то душно, то холодно, то неудобно. Проворочавшись какое-то время, Бен все-таки уснул, решив сконцентрироваться перед сном на чем-то. Считать овец было бессмысленно, поэтому он начал думать про самое приятное - про Джулиана. Про то, что он сейчас, наверное, тоже спит у себя - у них - дома, скинув покрывало, своей аппетитной попкой вверх. Прекрасный, как юный бог, сонно-расслабленный и податливый, может быть, с легкой полуулыбкой на губах. Переключив внимание на столь прекрасный объект, Бен, наконец, уснул.

Было тепло, светило солнце, свежий воздух овевал тело. И Бен вдруг вспомнил, почему все так, - конечно, Джулиан. Он только что думал о нем, конечно, поэтому так тепло и хорошо. Сейчас он выглядел немного иначе, как будто светился изнутри мягким ровным светом. Более спокойный и умиротворенный, чем обычно. Бен налил ему освежающий напиток и улыбнулся, наблюдая как мягкие губы касаются чаши и представляя, какой вкус у них становится от вина. Впрочем, зачем представляться, если можно взять и попробовать? Его сладкий мальчик, его любимый, его бог, его хозяин...
Бен был готов делать, что он скажет, - даже не по знаку, а по движению глаз или выражению лица. Именно этого он ждал - разрешения и приказа. И дождался, дотрагиваясь до вожделенного тела. Светлого, легкого, уже призывно-готового. Бен с восторгом и наслаждением прикоснулся к горячей плоти, лаская ее губами и руками. Чистый восторг, ради этого он здесь - делать хорошо своему господину. Бен смотрит в прозрачно-серые глаза и, повинуясь руке, берет еще глубже, ласкает, нежит - все, чтобы любимому было хорошо. По венам течет горячее вино, отзываясь на присутствие их двоих. Нет, троих.
Бен смотрит на того, еще одного, его он не знает. Хотя, нет, знает - его сложно не узнать, раз увидев. Темные глаза, жесткие складки морщин у рта. Хотя нет, здесь и сейчас ничего этого нет, есть только они и их ощущения. Глаза темны, но искрятся солнечной желтизной, взгляд не суровый, а насмешливо-мягкий, и складки от того, что жесткие губы улыбаются. Бен уступает ему плоть хозяина, зная, что он тоже ее хочет, хочет доставить удовольствие. А сам целует этого третьего в уголок рта, раскрытого вокруг напряженной плоти, чувствуя губами жесткие волоски на лице. Он и сам весь такой же - жесткий и колючий - но сейчас, с ними, он податлив и мягок. Только для них.
Господин хочет еще, хочет их, и они готовы - ласкают, сменяя друг друга, касаясь друг друга, целуя друг друга. Каждому хочется приласкать вожделенную обоими дырочку, но они не соперники, а, скорее, подельники - они знают, что никто не останется обиженным, поэтому можно поиграть и подразнить не только господина, но и друг друга.
Поэтому теперь член Бена в горячем плену рта того, кого он так любит, а его рот готов возвращать все ласки с лихвой. Ему. Им обоим. Бен стонет, разводя колени шире, и насаживаясь ртом на твердый и упругий член. Как же он любит это - ласкать, гладить, целовать тело, а через него и душу. Он подбирает язык капельки смазки и тянется выше, к шелковистому мешочку плоти, розовеющему как два спелых плодика на ветке. Прихватив губами нежную кожу, Бен смотрит перед собой, заглядывая в ответный взгляд золотистых глаз. Черноволосый демон трудится над заветной дырочкой, и Бен тянется к его губам, передавая аромат и вкус господина. Их господина. Жесткие губы раскрываются в ответ, и Бен теряется в ощущениях не такой уж привычной ласки. Но отпускает, не мешая властному языку поглаживать складочки, и снова насаживаясь на член и пачкая в смазке губы и лицо.

Член уже давно оттопыривал тонкую ткань белья, но Бен не просыпался. Только дышал глубоко и чуть ускоренно, закинув одну руку за голову. Ему было хорошо и спокойно, глубокий сон успокаивал, но и будоражил. Не просыпаясь, Бен провел рукой по груди, зацепив торчащий сосок и чуть слышно простонал.

Черноглазый отошел, уступая место, и Бен, благодарно вздохнув, приник к уже разлизанной дырочке. Толкаться в нее языком после другого было еще слаще - язык входил глубоко, слюна затекала внутрь. А Бен все гладил и гладил ровные края, и растягивая, и смазывая, и дразня. Господин выпустил его член и, судя по звуку низкого вздоха, взял в рот другой. Бен обернулся и улыбнулся, глядя на них. Они оба были прекрасны - один стройной красотой Диониса, второй - крепкой силой Марса. Оба разгоряченные и возбужденные, увлеченные друг другом. Бен не завидовал, он наслаждался зрелищем. И хотел их обоих - внутри себя или наоборот, все равно.
Развернувшись лицом к ним, он потянулся к флакончику искристо-желтой жидкости. Он не знал, откуда она появилась, и была ли тут прежде, но знал, что здесь есть все, что им нужно. Вылив масла на пальцы, Бен завел их за спину и начал толкаться в собственную дырку, одновременно продолжая ласкать член и яички хозяина. Пусть тот пока занят членом черноволосого Логана, жесткого и ненасытного демона с мягким нутром, очередь Бена впереди. Он знал, что Логан будет рад этому, и сам хотел почувствовать его. Как будто впервые, но, нет, ведь они давно знают друг друга и любят.
Как следует облизав член господина, Бен переполз выше, поставил колени по обе стороны от его бедер и упер головку жаждущего члена к своей не менее жаждущей дырке. Одно движение руки, один взгляд - и он сделает господину еще приятнее, еще слаще. Он знал, что господин этого хочет, но был готов отложить свои затеи, если тот захочет продолжения ласки ртом. Это будет прекрасно и так приятно дать господину возможность излиться ему в рот. А потом сделать то же для Логана.

+3

5

Они вылизывали его попку, по очереди, с жаром и нежностью. Джулиан чувствовал жгучую страсть, граничащую с яростью, которую сдерживал в себе Логан, когда его язык входил внутрь и совершал круговые движения, растягивая края ануса и обжигая неистово-горячим дыханием. Мощь его тела могла позволить ему легко овладеть Джулианом так, как захочет этот мускулистый великан. Он мог взять его силой, сделать своей игрушкой для утоления жара своих чресел, но вместо этого он выбирал смиренно служить телу Джулиана, наслаждать его и упиваться им, одерживая верх над самым свирепым воином в мире. Над самим собой. Его господин всегда помнил об этом, поэтому готов был благодарить своих беззаветных слуг всеми доступными способами. Лизать поистине устрашающих размеров член Логана и гладить рукой его массивные, налитые мужской силой яйца, было сладко. Мощь, жаждущая ласки и сдающаяся перед ней без боя. Губы Джулиана, мягко, но плотно охватывающие горячую и твёрдую плоть, стали воплощением нежной власти, власти влажных объятий рта. Господину пришлось раскрыть рот максимально широко и запрокинуть голову, чтобы рот и горло оказались на одной горизонтальной линии и могли свободно принимать эту огромную дубину внутрь, лаская по всей длине и позволяя двигаться с любым темпом. Вкус члена и запах его мошонки, крепкий, мускусный, тяжёлый, пьянили вернее любого вина, и господин с блаженством работал язычком и горлом, чтобы доставить своему могучему великану божественное удовольствие.
Он стонал и рычал, наклоняясь к Бену и страстно целуя его в губы. Амплитуда нарастала, и вскоре волоски на его лобке стали покалывать подбородок господина, а массивные яйца с размаху стучались в лицо Джулиана, который жалел только о том, что не может сейчас раздвоиться и одновременно лизать и ласкать губами его мошонку, источающую аромат настоящего мужчины. Оставалось только гладить их ладонью, аккуратно, чтобы не мешать ему толкаться бёдрами в глотку, загоняя головку так глубоко, как только мог.

По ту сторону сна Джулиан жадно целовал и лизал подушку Бена. Его губы тщетно искали любовника, чтобы со всей страстью целовать, ласкать яйа и член. Не находя никого рядом, Джулиан жалобно застонал, прикусил нижнюю губу и перекатился по кровати, продолжая крепко прижимать к себе подушку, которая пахла Беном.

Зато Бен был во сне и не оставался в стороне, пока Логан наслаждался умелым ртом их повелителя. Джулиан не мог видеть того, что он делает, только чувствовать его прикосновения, поскольку перед лицом господина, по его собственному желанию, были только полные желанной спермы яйца Логана.
Когда Бен прекратил ласкать его член своими губами, Джулиан пытался предугадать, как он решит дальше наслаждать своего господина. Прикосновение его округлых, красивых как у Аполлона ягодиц к члену Джулиан не ожидал, но встретил одобрительным движением бёдер. Однако, он не спешил входить в Бена. Вместо этого он нырнул свободной от яиц Логана рукой в промежность Бена и, вслепую нашарив пальцами тугую дырочку, принялся поглаживать её. Круговое движение, словно он рисовал водоворот, с каждым витком сужая круг и надавливая чуть сильнее, чтобы в результате палец вошёл внутрь, продолжая рисовать маленькие кружочки. Внутри было горячо и тесно. Бен успел немного растянуть свою попку, но Джулиан хотел не просто расслабить его тело, но разогреть страсть, поэтому принялся играть с его анусом пальцами. Они поочерёдно ныряли внутрь, погружаясь на разную глубину, и качались в стороны, возбуждая дырочку, чтобы затем скользнуть внутрь вдвоём, добыв стон с губ Бена. Пальцы совершили несколько движений вверх-вниз, а потом медленно, но с силой раздвинулись, растягивая попку светловолосого слуги. Бёдра господина качнулись вверх, и в открытую дырочку сразу наполовину погрузилась головка члена Джулиана. Пальцы покинули анус, уступая место более крупному органу. После Джулиан толкнулся глубже, пока не вошёл до середины длины. Бёдра расслабились, но обратно вниз не вернулись: освободившаяся от игр с дырочкой рука подложила под бёдра ещё одну подушку. Вторая рука продолжала ласкать яйца Логана, который смотрел на то, как Бен начал сам двигаться, насаживаясь на член их повелителя, и движения бёдер загорелого воителя стали ещё более интенсивными.

Это был замкнутый круг страсти. Чем яростнее проникал Логан в рот Джулиана, тем чаще тот вздрагивал, делая судорожные движения бёдрами навстречу попке Бена, тем сильнее тот стонал и возбуждал Логана ускорять свои движения. Джулиан изнывал от удовольствия с обеих сторон. Жаль, он не видел, как его добровольные рабы наклонились друг к другу и слились в долгом, влажном поцелуе.

Тело Джулиана металось по кровати. Руки прижимали подушку Бена к болезненно торчавшему члену и тёрли ею о него в неубедительной попытке заменить живого, активного и нежного любовника. Стоны Джулиана стали чуть громче, но более недовольными, словно он пытался ими скорректировать ласки любовника, но на деле он изнывал в желании приласкать Бена. Или Логана.

Во сне же он получал внимание от них обоих. Руки золотоволосого Бена гладили его тело, выгибавшееся навстречу ласковым ладоням, и член во влажном, жарком плену его попки пульсировал от наслаждения. Логан дотягивался до его сосков пальцами и гладил, слегка сжимал, и ощущение этих могучих рук, которые способны сгибать стальные прутья, но с такой аккуратностью гладят чувствительные части тела, сводило Джулиана с ума.
Он растворялся в своих слугах, волны блаженства сталкивались с импульсами страсти, порождая дурманящий голову туман сладострастия, сквозь который Джулиан почувствовал, как яйца Логана поджались в его руке, услышал его хриплый, низкий рык и, схватив Бена за руку, потянул его на себя. Другая рука отстранила Логана, который уловил желание своего владыки и вышел из его рта, тут же подставив готовый излиться член под ласки сразу двух любовников. Бен и Джулиан лизали и целовали его, встречаясь губами друг с другом и целуясь прямо через упругую, крупную головку Логана, заставляя его терять рассудок от зрелища и удовольствия. Когда он начал кончать, Джулиан и Бен наперебой ловили ртами и лицами каждую струю горячей спермы, терпкой и пряной, чтобы затем сладко целоваться. Логан наклонился и присоединился к ним. Рабы вылизывали лицо и ласкали губы, особенно старался Логан, который помнил, какой экстаз ему доставлял их господин.

Бен во время ласк члена Логана, плотно прижимаясь к телу Джулиана, продолжал совершать круговые движения бёдрами, чтобы своей тугой дырочкой ласкать член повелителя, а когда тот коснулся его груди одним пальцем, послушно выпрямился и вернулся к ритмичным движениям, чуть отклонившись назад.
Джулиан ещё пару раз поцеловал с восхищением могучий член своего загорелого раба, лизнул мошонку, в которой ещё оставалось достаточно семени, после чего руками направил Логана. Двигаясь к Бену, он прошёл на коленях пару шагов, поставив ноги по обе стороны тела Джулиана, пока его крепкие как камень, поджарые ягодицы не оказались у лица господина, нависая сверху.
Ладони огладили это воплощение мужественной красоты, сочетание силы и эстетики, пальцы с силой сжали половинки, и те сжались в ответ. Твёрдые и горячие, словно нагретый под палящим солнцем мрамор. Это движение, скорее рефлекторное, нежели сопротивление, быстро закончилось, позволяя Джулиану добраться до ануса Логана. Конечно, он знавал член во сто крат реже, чем дырочка их владыки, но тот знал, что Логану такие ласки приятны не меньше, чем ему или Бену. Ласково прильнув в отверстию, Джулиан ощутил губами короткие, редкие и жёсткие волоски, и улыбнулся мысленно контрасту: мужчина каменных мышц и стальной воли, колючий и непреклонный, но такой нежный внутри, если он откроет вам своё сокровенное сердце, закованное в доспехи брутальности, наподобие того, как крепкие ягодицы закрывали чувствительный анус, который Джулиан с обожанием целовал и вылизывал, не спеша проникать языком или пальцами внутрь, наслаждаясь стонами великана.

Скучать Логану тоже не приходилось. Владыка безмолвно отдавал распоряжения, направляя воителя лёгкими прикосновениями пальцев. Сначала он нагнул его, и тот решил приласкать ртом член Бена, который продолжал двигаться вверх-вниз на члене повелителя, но тот направил голову силача ещё ниже.
Логан приподнял мошонку Бена и стал ласкать дырочку Бена, плотно обхватывающую ствол, и сам член, растягивающий попку раба с золотыми волосами. От этих ощущений Джулиан потерял связь с реальностью, но первые признаки приближающегося словно цунами оргазма вернули его к любовникам. Язык господина вовсю разлизывал анус Логана, который словно эхо ласкал дырочку Бена, а рука господина гладила и потирала головку его члена, чтобы довести его до кульминации одновременно с собой.

Когда раздался приказ открыть рот, Логан подчинился, и в него тут же были направлены и головка Бена, и член Джулиана, который прижался к члену светловолосого любовника. Обе руки господина гладили и сжимали два члена, едва охватывая их пальцами, а головки облизывал и посасывал Логан.
Оргазм. Оглушительный.
Стоны. Громогласные, заставившие небеса дрогнуть.
Оба любовника воина кончили ему в рот и поспешили повторить недавний поцелуй на троих, щедро делясь и пробуя на вкус сперму друг друга.
Они стояли на коленях, прижимаясь телами, их члены оставались напряжёнными, налитыми силой и покачивались, касаясь друг друга.
Это была передышка, но не финал.
Первый акт был завершён, но ощущение надвигающегося второго акта было столь же явным, как ласковые лучи солнца, обнимающие трёх любовников.

Джулиан издал долгий, протяжный стон в свою подушку, прикусив наволочку зубами, пока его член кончал в подушку Бена. Снова.

Отредактировано Julian Croft (2020-02-28 12:37:51)

+3

6

Логан ухмылялся во сне, тиская руками подушку. Его стоящий колом член уже совсем не удерживался бельем, и потому, в полузабытьи, мужчина перевернулся на живот, стаскивая с себя бесполезную мешающую ткань. Горячая головка, сочащаяся смазкой, тотчас оставила мокрые следы на простыне. Сон нравился копу всё больше и больше.

Толкаться в рот, горячий, жадный, влажный было тем ещё сладким мучением. Логан знал, что одно неловкое движение – и господин начнёт захлёбываться членом своего раба, и вообще, может погибнуть! Но желание получить удовольствие и доставить его же своему повелителю подогревали лучше всякого вина. Именно это, то самое чувство остроты и опасности по краю лезвия. Руки помнили тяжесть оружия, запахи крови и пота на поле битвы. Но никакая схватка не стоит зрелища – Джулиан, его преданный, любящий взгляд и оттопыривающаяся кожа на шее под напором крупного члена Логана.

Бен оказался хитрее – и первым решил опробовать член хозяина. Боец, одобрительно улыбаясь, тотчас снизил амплитуду и прошёлся рукой по мощной груди светловолосого. Ему нравились оба – и Бен с взглядом самого преданного пса, и Джулиан, в глазах которого Логан видел такие же привязанность и дикую страсть, сжигающую их всех изнутри сейчас. Эту страсть нужно было потушить – и черноволосый мужчина знал только один способ.
Его мощные бёдра начали наращивать скорость движения и через какое-то время, Логан, совсем потеряв голову, начал откровенно засаживать своему господину собственный член по самые яйца, которые то и дело ударялись о его лицо. Ощущение ласки на коже мошонки только распаляло мужчину, заставляя того едва ли не рычать от удовольствия и смотреть с какой-то небывалой, незнакомой, щемящей лаской на то, как повелитель ласкает дырочку Бена перед тем, как самому в неё проникнуть. Джулиан – лучший господин на свете.

Но каким бы долгим и выносливым не был Логан, его силы хватило, чтобы, теребя соски владыки, ощутить волны приближающегося оргазма и тотчас выйти, чтобы дать опробовать свою сперму любимым мужчинам. Ощущая лёгкие, почти невесомые касания на головке, Логан бросил лишь один взгляд вниз, на стоящих перед ним на коленях возлюбленных и их алые от натуги губы, как сводящий с ума оргазм накрыл его с головой. Горячее, густое семя полилось из члена почти дождём, осыпая Джулиана и Бена белыми потёками, которые они тотчас поспешили слизывать с себя и с Лога. А затем, глядя на их довольные лица, черноволосый наклонился к ним, сцеловывая с каждого свой собственный вкус. Для него это была высшая степень доверия и удовольствия.

А после, когда первый раж страсти схлынул, Логан последовал за своим повелителем и подчинился его слитному движению, тут же переползая вперёд к члену Бена, нависая своими большими мускулистыми ягодицами над лицом владыки. Он редко кого допускал к себе с этой стороны – старая воинская привычка прикрывать тылы – но почему-то сейчас, ощущая горячий, мокрый язык на своей дырочке, Логан был невозможно рад тому, что смог довериться.
Член Бена истекал смазкой и готов был вот-вот взорваться от напряжения. Ощущая давление на затылке, темноволосый боец прикоснулся к яичкам, поглаживая их кончиками пальцев. Какие тяжёлые. Но им всегда будет мало. Они всегда будут вместе, чтобы доставить друг другу самое разнузданное и от этого очень личное удовольствие. Губы прикоснулись к стволу, затем вспорхнули к головке, но движения Бена на члене Джулиана были слишком порывистыми для нежных, утончённых ласк. Потому Логан, схватив рукой член своего возлюбленного, резким движением вобрал его на всю глубину своей глотки. И так, подстраиваясь под амплитуду резких скачков, боец заглатывал немаленький член Бена в самой нижней точке, почти выпуская его в самой высшей. Яички светловолосого начали поджиматься, но их любимый Джулиан, кажется, ещё не был готов к окончанию, потому Лог слегка надавил бедрами вниз, ощущая, как мокрый язык тотчас начал более усиленно потирать бархатные стенки, смачивая их слюной.

Ему нравилось это ощущение – почти что власть. Он может надавить чуть сильнее ягодицами – и довольный господин Джулиан будет ещё интенсивнее разлизывать его дырочку. Он может сжать губы трубочкой – и Бен тотчас будет тихо постанывать, ощущая ласку со всех сторон. Такая власть не снилась даже королям, но Логан очень активно ею пользовался. И когда повелитель скомандовал открыть рот и их положения сменились, воин лишь послушно выполнил всё – потому что сам этого хотел. Всё внутри него желало получить положенное ему и когда Джулиан и Бен нацелили на него свои члены, темноволосый лишь пошире открыл рот. Всё ему, всё его – жадность всегда была пороком Логана. Белые, тугие струи оросили тело мужчины и тот, довольный этим, начал усиленно сглатывать всё, что попало ему на язык, отмечая чуть пряный и солоноватый вкус семени. Они прильнули к нему всем телом и целовались. Целовались так, будто в последний раз. Но Логан знал, что этот раз не последний. Совсем не последний.

Кровать под Коннором скрипнула, и его член, чуть дёрнувшись, начал изливаться порцией спермы, пока сам его счастливый обладатель улыбался улыбкой идиота, толкаясь в матрас головкой, которая и не думала расслабляться. Ему хотелось большего, и это желание трансформировалось во что более глубокое.

Полумрак. Лёгкое гудение неоновых ламп над головой. Логан стоит посреди помещения, одетый в кожаную портупею, так выгодно подчёркивающую его фигуру и очень узкие джоки, которые и вовсе не скрывали его возбуждения. Перед ним – большой стол, на котором лежат его парни. Между ними – двойное дилдо, на который они оба насаживаются своими мясистыми жопами. Да, Логану определённо нравится то, что он видит. Его рука хлопает Бена бедру и тот заходится влажными стонами от удовольствия. На сосках у него – небольшие металлические зажимы, подключённые к аппарату подачи тока. Слабый разряд заводит парня так сильно, что у него стоит даже сквозь джоки.

Джоки – вообще главный атрибут их вечеринки. Черные на Логане, синие на Бене и тёмно-зеленые на Джулиане, который, тихо постанывая с другой стороны дилдо, что-то бормочет себе под нос, ощущая, как горячий воск с закреплённой над ними свечи медленно капает на грудь и соски. Его мышцы каждый раз вздрагивают, когда очередная капля касается упругой кожи, и Логана безумно заводит это зрелище.

Его парни такие беззащитные. И этим же такие возбуждающие. Они принадлежат только Логану, и больше никому. Его руки ложатся на ткань белья, и мужчины слышит вздохи с обеих сторон – им хочется, чтобы эта сладкая мука закончилась. Но нет – мужчина только начал. Он нарочито медленно спускает сначала с одного, а затем с другого джоки, и с почти счастливым выражением лица наблюдает, как его парни, прикованные к столу, умоляюще просят его продолжить.

- Вы хотите, чтобы я продолжил? Вы хотите, чтобы я прикоснулся вас, мои сочные дырочки? – слова звучат словно эхом, но Логан их не говорит. Парни понимают его и без слов. Бен почти протяжно стонет имя своих любимых, умоляя продолжить. Джулиан скрипит что-то, и старается приподнять бёдра повыше, чтобы нависшая над его членом горячая ладонь оказалась ближе.

- Нравится, что я с вами делаю, да? Просите меня, чтобы я продолжил! Умоляйте меня, чтобы я вас коснулся ласково! – руки мужчины тотчас грубо схватили сначала член Бена сквозь ткань белья, а затем и член Джулиана, начав при этом их довольно жестко массировать.

Вам нравится быть моими сучками? Нравится быть беспомощными, слабыми, скованными? Нравится знать, что я вас обоих насажу на свой сочный член в любом случае? Я не слышу вас, мои дырочки, отвечайте! – рука ещё сильнее стиснула горячую плоть парней, вызывая у них совсем нечеловеческие стоны.

Отредактировано Logan Connor (2020-03-04 12:50:26)

+3

7

Его господин хотел сначала поиграть с ним, раззадорить, может быть, даже чуть-чуть помучить. Но Бен нисколько не возражал, как он мог? Он был готов отдать им всего себя и прекрасно знал, что любая сладкая пытка обернется еще большим удовольствием. Он сладко застонал, когда в него проникли чужие пальцы и еще больше развел колени, давая господину простор. Он ерзал и, прикрыв глаза, постанывал каждый раз, как пальцы погружались глубже. Джулиан играл с его дырочкой, дразнил ее, растягивал, а Бен рефлекторно сжимал мышцы и снова расслаблял, опускаясь все ниже, чтобы пальцы проникали дальше. В самую глубину, чтобы попадали по простате и делали еще приятнее.
Когда пальцы, наконец, сменились членом, Бен опустился на него почти рывком и громко застонал от того, как куда большая, чем пальцы, головка проехалась внутрь, заполняя собой. Бен так любил это ощущение, когда горячая твердая плоть заполняла его целиком, когда даже в покое она жгла его изнутри, вынуждая двигаться самого, извиваться, почти танцевать на члене. Он знал, что им обоим сейчас хорошо, и смотрел из под полуопущенных век, как господин ласкает их третьего мужчину. Он стал опускаться и подниматься в том же ритме, как член погружался в рот господина. Крупный, вкусный, ароматный… Бен, не мешая господину размашисто входить в него снизу, оперся на руки и потянулся вперед. Он хотел и этот крепкий член, и вкус горячей кожи, и эти жесткие губы. Поцеловать, прикусить, облизать и позволить трахнуть себя в рот языком. Так же глубоко и сладко, как сейчас член господина ходил в его заднице.
Но внезапно он получил то, что хотел, и это было верхом блаженства. Господин выпустил член изо рта и потянул его присоединиться. Бен ткнулся носом в черные волоски лобка и начал целовать массивный ствол по всей длине, слизывая слюну господина, и дразня языком головку, готовясь получить лакомство. Отвлекался на губы господина и снова вылизывал горячий ствол и тугие яйца. Член выстрелил молочной струей, и Бен ловил ее ртом, слизывая со своих губ и с губ господина. А потом делился его же вкусом с Логаном, благодаря за угощение.
Но танец и не думал останавливаться. Все еще облизывая губы от пряного вкуса, Бен выпрямился и снова сосредоточился на господине, начав насаживаться на его член еще глубже. Это была сладкая пытка, наполнявшая жилы огнем, его собственный член тек, капая на живот хозяина, а Бен размазывал по нему свою смазку.
Бен обхватил Логана за плечи, снова утаскивая в поцелуй, передавая ему свой жар – от члена господина, от его рук, и от того, как сам Логан ласкал его там же. Бен застонал, отдавая себя им обоим. Как же сладко ему было с ними, обоими одновременно. С ними, на них, они идеально подходили друг другу и действовали так слаженно, как будто это была их судьба – быть втроем.
Когда член господина покинул его тело, Бен проскулил разочаровано – и тут же снова застонал, когда умелый рот принялся доводить его до финала. Их обоих. Бен гладил Логана по затылку и плечам и Джулиана по животу, ловя его руку. Требовательный рот сделал свое дело, и Бен благодарно поцеловал любовника, подарившего ему такое удовольствие. А потом второго, которого тоже безумно любил.

Бен выгнулся на постели, и сперма растеклась по ткани, сдерживаемая бельем. Он впервые возбудился и кончил во сне со времен далекого юношества. И впервые – видя во сне людей, двух людей, которых во сне любил больше жизни.

Но любовная лихорадка и не думала отпускать. Очертания людей и предметов поплыли, чтобы трансформироваться во что-то новое, неожиданное, но не менее желанное. Они оба снова были рядом, хотя роли чуть поменялись. Но это было не менее интересно.
Он беззащитен, он раскрыт, его берут. Пускай только дилдо, но это ничего не меняет. Он подчиняется другому человеку, более сильному, чем он сам, и не только физически. Он позволяет укладывать себя на спину и делать все, что хочется другому. И даже возможная боль несильна и только обостряет удовольствие. Это возможно только тогда, когда полностью доверяешь и веришь – Бен доверяет. Полностью.
Поэтому теперь он почти распят на столе, его задницу терзает кусок резины, и Бен чувствуешь через него дрожь тела Джулиана. Он тоже изнывает от их совместных движений, ему тоже и сладко, и нетерпеливо.
А второй главный мужчина кладет ему руку на пах, дразня возбужденный член еще сильнее. Бен стонет и смотреть на него, облизывая губы. Он готов сделать все, что ему скажут, лишь бы его и дальше изводили этой иступленной мукой, больше, дольше, до самого конца, до сладких содроганий удовольствия.
И он получает, что хотел, - жесткие пальцы почти грубо хватают его член. И Бен стонет, прося еще, пусть эти пальцы сожмут под головкой и хлопнут по яйцам. И, может быть, проникнут туда, в дырку, вместе с дилдо, еще сильнее растягивая его. Ему это надо  - потому что он хочет там член Логана, а Логан на размер не жалуется.
- Да-а-а, - стонет он, выгибаясь, чувствуя как болезненно напряжен член, и сжимаясь вокруг дилдо, невольно дергая его и заставляя Джулиана тоже чувствовать это натяжение.  – Нравится, да! Сделай это, сделай, хочу твой здоровый член.
Бен поворачивает голову на бок и смотрит на него, распирающий тугие джоки. Он почти задыхается и дышит раскрытым ртом. Если бы Логан подошел поближе – он мог бы облизать эту массивную выпуклость. Прямо так, поверх джоков, почувствовать языком, как горяч Логан. Снова почувствовать запах его возбуждения, который неимоверно его заводил.
Бен еще никогда не чувствовал себя так – когда хотелось рыдать от невозможности прикоснуться, почувствовать, вобрать в себя.
- Ну же, давай, - начал он подзадоривать Логана. – Подойди ближе – и я покажу, как хочу тебя.

+3

8

Неон бил по глазам, яркий лазерный свет в бархатной темноте. Джулиан закрывал глаза, но чувствовал его за веками, как присутствие своего Мастера, его горячую кожу и терпкое, мускусное на вкус тело, которое Джулс хотел вылизывать, чувствуя на своём затылке крепкую хватку его мощной руки, которая до боли стискивает волосы и властно водит его лицом по своему телу, заставляя работать язычком, хотя Джулиан и сам бы до изнеможения ласкал бы языком и его крепкий как сталь пресс, и каждый сантиметр ног, и массивные мышцы рук и плеч, и вылизывать его подмышки, и всё, что он прикажет. Присутствие Мастера дразнило, одновременно обещая самое чувственное, разнузданное удовольствие, и терзало недосягаемой близостью.
Насаживаясь на дилдо, Джулиан расслаблял свой анус, а в самой нижней точке своей стороны крепко сжимал кольцо мышц и тянул на себя, чтобы дилдо выходил из Бена, который так сладко стонал, что эрекция Крофта достигала точки, когда она становится болезненной, особенно в тесных джоксах. Но Мастер приказал - и он подчиняется, вновь расслабляя свою дырочку, чтобы позволить Бену потянуть дилдо в свою сторону, вытягивая его из Джулиана. Этот кусок резины не шёл ни в какое сравнение с обжигающе-горячей плотью их Мастера, ни по размеру, ни по уровню боли и удовольствия, которые тот мог доставить своим массивным агрегатом, которые только чудом не разрывал джоки на Логане. Дилдо только дразнился, и это тоже было пыткой. Джулиан почти хныкал и сдавленно, тихо ругался, мечтая, чтобы Мастер насадил его на свой огромный член и отымел до потери сознания от наслаждения и боли.
Горячий воск вновь капнул на тело, и Джулиан выгнулся, чтобы следующая капля упала на другой участок кожи, а не на предыдущую каплю. Вся его грудь была в пятнах воска, который тоже не шёл ни в какое сравнение с подобной лаве сперме их Мастера. Он желал её, у себя во рту и в попке, на груди и лице, но Мастер не собирался так просто одаривать своих развратных рабов этим сокровищем, он собирался, как обычно, заставить их потрудиться, чтобы получить свой приз. Так и тогда, как и когда решит сам Мастер, а они прямо сейчас готовы были выполнить любую его команду как послушные сучки.
Его рука на члене заставила Джулиана шептать проклятия и молитвы на всех известных ему языках, сквозь зубы, кусками и отдельными строчками, прерываясь на умоляющие, полные томления стоны.
Мастер этого не дозволял, но Джулс дёрнул бёдрами вверх, ткнувшись пахом в руку их жестокого ёбаря и протяжно, сладко застонал:
- Да-а-а, подрочи мне, возьми член в рот!
Он стал неистово биться в своих кожаных ремнях, державших его на столе, тщетно пытаясь вырваться и осыпая своего Мастера оскорблениями.
- Настоящий мужик давно бы поставил нас на все четыре и драл бы! У тебя там в трусах член или муляж? Может, у тебя уже не стоит, а? Ты у нас мужик или импотент? Давай, хуйло, покажи, на что способен!
Удар по лицу был мощный, у Джулиана даже зазвенело в ушах, а в глазах потемнело. Он даже не сразу понял, с какой силой мотнуло его голову от этой размашистой пощёчины тыльной стороной руки. Однако, первое, о чём он подумал, когда боль расцвела алым бутоном на скуле, была восхищённая мысль о том, какой Мастер сильный. Джулиан хотел ощутить на себе всю его мощь, и каждый миг боли от его рук, зубов и члена доставлял Крофту больше удовольствия, чем все его ласки и нежности. Он страстно желал, до скрежета зубов жаждал ощутить на себе всю силу его могучего тела, всю его страсть и ярость, чистую и незамутнённую социальными условностями и запретами. Здесь, в его Подземелье Пороков, не было никаких табу и ограничений кроме его необузданной фантазии.
- Ещё!
Джулиан вскинул голову и с силой потянул держащие его руки путы, словно угрожая вырваться из их надёжной хватки. Он оставил игры с дилдо, снявшись без разрешения. Он намеренно нарушал правила Мастера, чтобы оказаться в его немилости и получить то, что так отчаянно жаждал получить. Второй удар - и во рту появился вкус крови. Нижняя губа с внутренней стороны чуть закровоточила. Джулиан облизнул губы алым от крови языком и с дерзко, с вызовом посмотрел в глаза Логану.
- Молодец, сучка!
Он знал, что теперь ему точно не будет пощады. Оставалось гадать, заткнёт Мастер ему рот кляпом или своим членом и сколько ещё раз ударит его, чем и по каким местам. Бен был хорошим рабом, и Мастер награждал его. Джулиан был плохим рабом, и Мастер дрессировал его, наказывал и карал. Именно этого хотел Крофт.

Джулиан в кровати Бена зарылся лицом в подушку своего любовника, перемазавшись в собственной сперме, и перевернулся на живот. Бёдра дёргались, повторяя движения Джулиана во сне. Он постанывал и в исступлении закусывал ткань наволочки.

+3

9

Логан заворочался во сне – и его лицо исказила гримаса. Видения, что мелькали в его разуме, были горячими, шальными и настолько похотливыми, что в реальности такое бы он в жизни не смог провернуть. Бёдра снова пришли в движение, а чуть опавший член начал наливаться кровью. Кажется, есть ещё порох в пороховницах.

Бен всегда такой послушный. Ему чаще всего доставалась самая вкусная награда. И сейчас, словно доказывая это, Бен потянулся к его джокам, желая коснуться губами внушительной выпуклости. Но речь его была немного развязной. Так нельзя разговаривать с Мастером. Должно быть лишь одно слепое послушание и желание подчиняться тому, кто может повести.

Логан снова сжал его член, надавив на яйца, которые едва ли не были готовы взорваться от напряжения и усмехнулся. Не так быстро, не так быстро. Порой даже хорошие мальчики срываются. Что же, именно для этого их Мастер здесь – чтобы воспитать и обучить манерам.

- Получишь то, что тебе предназначается лишь после того, как хорошенько попросишь, дырка! – Логан осклабился, и в его руках возникла тонкая резинка. Пальцы ловко скользнули под ткань белья, заставляя Бена податься вперёд, чтобы ощутить тепло не менее горячим членом, но Мастер лишь вновь показал ряд белых зубов и с самым важным видом, слегка надавив на основание члена Бена, нацепил на него кольцо.

- Чтобы ты и не думал кончить раньше времени, понял меня? Не слышу ответа? – Лог схватил лицо Бена свободной рукой, всё ещё играя с его яичками, и сделал несколько укусов-поцелуев от щек до подбородка, а после прикусив нижнюю губу. Хороший мальчик. Но порой нужно напоминать о том, кто здесь Мастер. Пальцы скользнули по стволу, коснулись головки, которая сочилась смазкой. Вытащив руку из-под резинки, Логан слегка растёр прозрачную жидкость между пальцами, а затем сжав челюсти Бена рукой, засунул в его рот свои пальцы. Его дырочка тотчас начала смачно посасывать кожу, собирая собственный сладкий нектар.

- Манеры, дырочка, манеры, - прошептал Лог, и вытащив пальцы изо рта, прижал лицо Бена к своему паху, заставляя того вдыхать его чуть горьковатый, мускусный запах. А после отстранился, чтобы оценить результаты своего труда. Но Джулси решил напомнить о себе.

Потому что Джулс совсем не хотел быть хорошим мальчиком. Его постоянно требовалось наказывать, и кажется, ему даже нравилось это. Но Логан верил, что когда-нибудь его мальчик наконец, перерастёт свои нехорошие черты характера, станет покладистым и верным. Логан верил в него. Но пока..

- Что я говорил про грязные слова, сучёныш? – второй удар наотмашь тотчас заставил кровоточить губу Джулса, и сердце Лога сжалось – тяжело портить такую красоту. Но он Мастер – как скульптор высекает из куска камня красивую статую, так и он своими тяжёлыми ударами выбивает из Джулиана всю спесь.

Лицо его дырочки горело от звонкой пощёчины. Логан же был абсолютно бесстрастным. Лишь топорщаяся ткань джок выдавала его напряжение. Он хотел сделать то, о чём его просил Джулиан – видит Бог, Джулс был очень развратным. Но он не учил уроки. Он не делал выводы, раз за разом оставаясь обделённым. Что же, значит, Мастер сегодня преподаст ему очень важный урок.

- Ты не учишься, - голос Логана звучит гулким эхом под потолком, - Ты не хочешь быть хорошим мальчиком. Ты расстраиваешь Мастера. И за это ты получишь наказание, - слитным движением рук, игнорируя ругань своей дырочки, Логан коснулся верхней части стола и тот, подчиняясь, разъехался на две ровные половинки. Осторожно вытащив дилдо из дырки Бена, который тотчас заохал, Лог нарочито медленно провёл языком с обеих сторон так, чтобы его видели оба парня. Свечи и ток исчезли по мановению руки. А из темноты подвала подъехал странный аппарат, похожий на поршневой. Ухмыляясь, Логан порылся в недрах фак-машины, и с самым бесовским видом, прикручивая самый маленький дилдо, выдал:
- Плохому мальчику – плохой оргазм. – затем, подведя к половине Джулса, Мастер тщательно закрепил ремешки, которыми тот был прикован и схватив того за голову, заставил приникнуть к своей ширинке, грубо и похотливо давая понять, что мнение этой дырки Мастеру до задницы. Затем, слегка оголив свой член, Лог позволил головке скользнуть по горячим губам, размазывая смазку. Но едва Джулиан захотел зять его целиком, как Лог тотчас хлестнул его по губам тяжёлым членом.

Затем, резко оторвав жадно заскулившего парня, Лог склонился над его ухом, и прошептал:
- Ты знаешь, что должен сделать. Просить меня, сучка. Просить громко и со вкусом. – осклабившись, Лог сделал лёгкий шлепок по яйцам Джулса и громким щелчком включил аппарат, который тотчас заходил внутри парня, но не принося его растянутой дырочке должного удовольствия.

- Довольствуйся малым, пока не научишься манерам, - ухмыляясь, Мастер понял, что этого мало и оказавшись рядом с Беном, который явно успел заскучать, медленно начал отвязывать ремни с его рук и ног, между этим поглаживая его ширинку. Но прежде чем его дырочка захотела сделать что-то, Лог уселся на невесть откуда взявшийся стул и раздвинул ноги, явно приглашая Бена не стоять без дела.

А затем он бросил полный ненависти и обожания взгляд на Джулса, который явно был недоволен таким раскладом дела.
- Он сам себя не отсосёт, моя дырка. Ты знаешь, что должен сделать, - и когда Бен опустился на колени, делая очень заметные сглатывания, Лог поцокал языком и добавил, - Манеры! Что нужно попросить у Мастера?

+3

10

Он нарушил правило - и был наказан. Такие приятные прикосновения к члену сменились давлением у основания члена, когда там появилась резинка. Теперь он не сможет кончить, пока Мастер не разрешит. Бен застонал, признавая себя побежденным - его радость и удовольствие в руках другого. И он все равно знает, что получит даже больше, чем смог бы по своей инициативе.
Мастер наклоняется к нему и напоминает, зачем это все, прикасаясь своими губами. Поцелуи не нежные и не чувственные, они еще больше распаляют своей грубостью и, главное, короткостью.
- Понял, - тихо шепчет Бен, облизывая губы, чтобы еще продлить это ощущение вкуса Мастера. Но в рот скользят пальцы, и Бен, прикрыв глаза, начинает их сосать, чувствуя вкус собственной смазки на жестких пальцах. Но представляет он, что это член Мастера, хотя пальцев слишком мало. Хочется раскрыть рот пошире, чтобы заглотить его весь, почувствовать, как он затвердеет еще сильнее, и слизать его смазку о капли. Но это будет потом, а пока он послушно пропускает до горла пальцы, стараясь вовсю, чтобы Мастеру понравилось.
И Мастеру нравится, поэтому Бен получает награду - твердый вкусны член оказывается прямо перед ним. Он вжимается в него лицом, покорный властной руке, глубоко вдыхает, пытаясь насытиться этим запахом и жаром. Как же он хочет все это себе, в себя, везде, сразу. Но рука прижимает слишком сильно - не получается залезть под ткань и взять это богатство в рот. Получается только приоткрыть его и смочить слюной ткань в попытке огладить горячую кожу.
Но Мастер отстраняется, слишком быстро, оставляя его хватать ртом воздух и облизываясь. Теперь все его внимание сосредоточено на Джулиане, а Бен вертится в своих путах от желания попасть туда, к ним. Ноющий член торчит красным восклицательным знаком, но никто не обращает на него внимания, включая хозяина. Хочется наклониться и слизать с лица Джулиана кровоподтек, попробовать на вкус еще и его кровь. Бен знает, что Джулиан наказан потому, что непослушен, - как он был только что. Но у них с Мастером свою игра, и лезть в это не нужно.
Мастер вытаскивает из него дилдо, про который он почти забыл. Края потревоженной дырки сжимаются вхолостую, и Бен охает, а потом стонет. Может быть, Мастер все-таки заменит резиновый член своим? Но, нет, это было бы слишком легко и просто - такую награду надо сначала заслужить.

Бен во сне выгнулся на кровати, раскинув ноги. Член снова начал набухать, а между ног заныло от предвкушения. Сон был таким ярким и сладким, но, в то же время, таким необычным и непривычным, что он сам удивлялся про себя где-то на периферии сознания, что это его так заводит. Он никогда не любил агрессию и насилие, но почему-то именно эти сильные руки, жесткие пальцы и суровые глаза делали ему хорошо. Тело мучилось, но по душе растекалась почти нежность и чувство обожания.

Бен, покусывая губы, наблюдал за манипуляциями Мастера. Слишком маленький член, он бы с удовольствием сейчас предложил Джулиану свой. Но Мастер, конечно, не позволит - это он сейчас решает, кому что нужнее.
Цепи и веревки исчезают, Бен снова свободен - но только до тех пор, пока не прозвучал намекающий приказ. Бен как загипнотизированный посмотрел на бугор между ног Мастера. Наконец-то он сможет это сделать! Он неловко слез со стола, налитой член качнулся, капая на пол. Об этом придется пока забыть, хотя и тяжело - сначала он доставит удовольствием Мастеру.
Бен обернулся на Джулиана и облизнул губы. Почему они были не рядом? Джулиан там, изнывающий от нехватки живого горячего мужика в себе, и живой горячий мужик, приказавший отсосать себе. Бена рвало на части, но снова ослушаться он не посмел.
Облизываясь и сглатывая, он опустился на колени перед Мастером, широко расставив колени, чтобы Мастер видел, как хочет его раб. Но трогать себя он тоже не разрешал. Бен снова бросил взгляд на Джулиана и наклонился к паху Мастера.
- Разрешения, - покорно ответил Бен. - Ты разрешишь мне взять у тебя в рот? Сделать тебе хорошо и проглотить все, что ты мне дашь?
Он смотрел в глаза Мастеру, снизу вверх, покорно, ожидая его решения. И слыша стоны Джулиана, и ерзая на коленях, и втягивая носом запах Мастера, который снова хотелось ощутить на языке.

+3

11

FOZZY - Lights Go Out

После ударов лицо всё ещё горело, но Джулиан не сожалел о своих действиях. Боль доставляла небывалое наслаждение, когда её источником был их Мастер. Глядя на то, как он облизывает дилдо, только что побывавшее в их попках, Джулиан капризно заскулил, изнывая от обуявших его разум фантазий: как Бен мог бы вгонять в дырочку Джулса свой член, а их Мастер затем тщательно бы вылизывал его, чтобы Бен снова загнал его по самые яйца. Джулс смотрел на тёмно-красные губы их Хозяина и не мог не вспомнить, как они жадно ласкали когда-то его попку прямо перед тем, как в неё вторгся его огромный болт. Но эти фантазии, лихорадочными видениями вспыхивавшими перед мысленным взором Джулиана, лишь терзали его, потому что суровая действительность вокруг была совсем иной.
Появление системы, которую про себя Крофт называл "робо-ёбарь", вселило в него надежду на долгий, изматывающий и ублажающий секс-марафон, но выбор "орудия" заставил всхлипнул и жалобно взвыть. Толщина не превышала двух пальцев самого Джулиана, не говоря уже о пальцах Логана или диаметре дилдо, которое Мастер похотливо вылизывал совсем недавно, чтобы напомнить себе вкус своих дырочек.
Когда в лицо Джулиана ткнулся желанные бугор джоков, он тут же принялся жадно раскрывать свой похотливый ротик, чтобы как следует обтереться о его массивные яйца и мощный член, чтобы при каждом вдохе чувствовать его тяжёлый, дурманящий, мускусный запах и сходить с ума. Головка скользнула по губам, но тут же была отобрана. Джулиан торопливо облизал губы, пока рука Мастера не успела стереть с них свою смазку. Вкус крови Джулиана и смазки Логана был таким сладким. Джулс вспомнил, как вылизывал этот невозможно прекрасный член пугающих размеров, когда тот выебал его впервые, беспощадно вбиваясь в него. Тогда он тоже почувствовал на члене и его сперму, и вкус смазки, и собственной крови из раздолбанной попки.
Увы, повторять это Мастер не собирался.
Вместо этого он щёлкнул переключателем робо-ёбаря.
Член, искусственный и мелкий, слишком свободно ходил в Джулиане, скорее раздразнивая ещё больше, нежели по-настоящему доставляя удовольствие. Джулиан хотел бы подвигать попкой и хотя бы ускорить движение поршня, двигаясь ему навстречу, или направить его так, чтобы он проходился по простате, но новые ремни, закреплённые Мастером, держали Джулиана и оставляли только страдать, изнывая по настоящим, грубым и страстным ласкам.
Стоны Джулиана были жалобными и громкими, пока он смотрел, как Логан предоставляет Бену свой крепкий член.
- Пожалуйста, наш Мастер, умоляю, разреши ему отсосать тебе,- умолял Джулиан. Смотреть на то, как член Хозяина будет обласкан послушным Беном, было сладко, гораздо приятнее, чем издёвка над еблей, двигавшаяся в попке Джулиана.
Во все глаза он смотрел на то, что происходило между Логаном и Беном, облизываясь и представляя себя на месте послушного раба. В конце концов Джулиан сдался и стал лепетать заплетающимся от томления языком:
- Мастер, умоляю тебя, прости меня, я был очень плохим мальчиком. Я очень старался, но я не могу сдерживаться рядом с тобой. Я так хочу, чтобы ты выебал меня, умоляю, сделай его, я буду очень-очень послушным, только возьми меня, жёстко и глубоко... Пожалуйста, твоя дырочка умоляет отодрать её. Я сделаю что угодно, только бы мой Мастер подарил мне возможность насладить его божественный член своей попкой.
К концу своей мольбы к их жестокому и властному Мастеру Джулиан даже заплакал. Он говорил сквозь зубы, настолько сильно он желал оказаться под его руками, с его членом в себе, и испытать вновь сладкую боль, которые они могут доставить его телу.

Джулиан метался по кровати, сбивая ногами простыни и до крови закусив губу. Его член напрягся до почти болезненных ощущений, а вкус собственной спермы на губах только распалял и без этого разнузданную фантазию.
С греховных губ слетело такое же умоляющее, как и во сне, протяжное имя "Логан".

+3

12

Сон становился все жестче и жёстче. Но нельзя было сказать, что Логану не нравилось то, что в нём происходило. Потому что так было правильно. Так было нужно. Так было надо всем. Тихо хрипя знакомые имена, мужчина прижался к матрацу сильнее, стараясь получить толику своего удовольствия.

Бен выглядел довольным донельзя. Мастер тоже был доволен. Хорошему мальчику – хорошая награда.
- Умница, Бен, - Логан впервые назвал свою дырочку по имени и это был намёк на то, что теперь Бен может быть куда более свободным в своих действиях. Но сначала нужно было помочь Мастеру разрядиться. Потому, сжав член сквозь ткань джок, Лог приподнял бёдра и спустил ненужное белье на пол, и тотчас подхватив ткань, смял её и ткнул в лицо своей дырки. Бен, ошеломлённый запахом своего Мастера, лишь закатил глаза, вдыхая аромат в себя.
- Чувствуешь? Чувствуешь? Так пахнет твой мужчина, так пахнет твой Мастер! – Логан ухмылялся, и улыбка это была злой, агрессивной, словно он пытался показать всем вокруг, что он здесь хозяин. Бен это видел – ощущал всем телом и, положив на его голову руку, Мастер закрепил резинки своего белья на лице парня, заставив того буквально дышать через ткань джок.
- Нет. Я не разрешаю тебе отсосать мне. – голос Лога звучит грубо, словно гром гремит, - но я разрешаю тебе сделать иначе. Дыши мной, моя дырочка, дыши глубоко и принимай меня целиком.
С этими словам Лог поднялся во весь рост, пихнул Бена на стул, заставив того распластаться и раздвинуть крепкие бёдра, и раскрыть свою влажную, хорошо растянутую дырку. А выглядела она отлично – края сочатся смазкой, сама при этом дрожит и открывается только на звук голоса своего Мастера. Отличная работа.
- Видишь, Джулиан! – Лог пристроился между ног Бена, касаясь его кожи головкой члена, - Видишь, что получают хорошие, воспитанные мальчики в награду за свои старания?!
Мастер повернул голову так, чтобы увидеть лицо своей дырки и снова зло ухмыльнулся. А затем, под звуки фак-машины и тихие мольбы дырки на столе загнал свой член в нутро Бена сразу и целиком. Тот взвыл от боли, но не сделал даже попытки, чтобы слезть или как-то избавиться от слишком большого члена в себе.
- Вот так. Молодчина. Возьми его целиком! – Логан начал ускорять движение бёдрами, и слушая стоны Бена и поддакивания Джулса, лишь изменил угол проникновения, входя в дырочку уже под наклоном.  Парень, стоящий на четвереньках под ним, лишь продолжил говорить что-то, но Мастер уже не слушал. Тело его целиком сосредоточилось на своих ощущениях, а разум гнался теперь лишь за одной целью.
Джулиан ожил, начал плакать и просить, чтобы Мастер занялся и его дырочкой тоже, но Логан был неумолим, продолжая втрахиваться в тело Бена, поглаживая его тело, то и дело спускаясь к раскрасневшимся соскам и оттягивая их.
- Что? Ты хочешь, чтобы я тебя трахнул, как и его? Не слышу, гадёныш! Кричи громче. Умоляй громче, и я, быть может, тебя услышу! – Логан был близок к оргазму, потому, совсем не стесняясь, буквально драл Бена, почти не обращая внимание на его крики. Было ли ему больно или нет – плевать. Теперь они принадлежат ему и навсегда.
- Ты моя дырочка? – Логан, снова изменивший угол, склонился над ухом Бена, тут же прикусив мочку. – Не слышу? Теперь понимаешь, где твое место? Где ты должен быть всегда?!

Лог вошёл в дикий раж и уже совсем не стесняясь, шлёпал яйцами о ягодицы Бена, входя в него на всю глубину. Но за несколько секунд до оргазма он резко вышел из него и громко шлёпнув по коже, рявкнул.
- Быстро помоги Джулиану! – кивок на плачущего Джулса и Бен всё сразу понял. Он почти ползком двинулся к возлюбленному, пока Лог со счастливой улыбкой наблюдал, как смыкаются и размыкаются края растраханной дырки Бена. Отрадное зрелище для него.
- Давай! Хватит скулить! Сейчас Бен тебе поможет. А я посмотрю, чему ты научился! – Логан обошёл стол со стороны головы своей дырочки и навис над его лицом всей громадой своего члена, давая Бену лишь доступ к его попке.

Отредактировано Logan Connor (2020-03-25 08:59:35)

+3

13

Правила в этой игре менялись быстро, очень быстро. И приготовиться к новому витку было невозможно - как невозможно было предугадать, чего захочет Мастер. Бен застонал, получив ком ткани в лицо. Да, ему нравилось, он с ума сходил от этого терпкого запаха желания своего мужика - своего ведь - одного из двоих. Особенно потому, что знал, что это они с Джулианом заводят его так, что джоки пропитались этим запахом. Его собственный член тоже потек, как только первый вдох наполнил легкие. Запах кружил голову, заставляя дышать глубже, но не принося никакого облегчения.
Мастер не разрешил ему отсосать, но дал даже больше - всего себя. Бен, как пьяный, поднялся с пола и почти рухнул на стул. Опора была неудобная, но удобства в задачу и не входили - его удобства, во всяком случае. От этого ситуация становилась еще острее, заставляя чувствовать все ярче, сильнее. И жесткий стул под коленями и руками, и неудобную позу и, главное, - большой твердый мощный член Логана, буквально ворвавшийся в тело. Это была не любовь, это была сила, право, доказательство власти. Было больно, но Бен знал - не потому, что ему хотят причинить вред, а чтобы напомнить, что он больше не ничейный. У него есть хозяин, господин, Мастер. И Бен, напрягая руки, и чувствуя, как саднит дырка, все равно прогибался в пояснице, позволяя брать себя. Жестко, сильно, так, как это может делать только мужчина. И подчинялся этой власти, скуля от боли, но вскрикивая от удовольствия. Мастер знал, как надо, чтобы колени разъезжались в разные стороны, а изо рта начинала течь слюна от желания занять этот самый рот тем же, что сейчас яростно долбило его дырку. Противоречия? Нет. Бен любил - и хотел всем собой.
- Да! - кричал он, заламываясь в пояснице и яростно насаживаясь на член. - Да! ДА!
Никаких других слов и мыслей  у него не было - только яростное желание быть здесь и сейчас и принадлежать. В носу и горле продолжал стоять крепкий запах, а хриплый голос шептал в ухо, - и Бен открыл рот, вцепившись зубами в ткань джоков, начал сосать и облизывать ее.

Край подушки, так удачно подвернувшийся под зубы, уже намок от слюны, но Бен продолжал сосать его как крупный и вкусный член. Из груди вырывалось хриплое дыхание вместе со стонами. Рука трогала и теребила стоящий член сквозь ткань трусов, а дырка сжималась вхолостую от фантомного ощущения вторжения.

Когда Мастер оставил его, Бен упал грудью на стул, хрипло дыша. Во сне он не думал о том, что стул может не выдержать, или о том, что после такого у него должны быть повреждения. Ничего этого быть не могло - потому что это было их место и только для них.
Поэтому Бен кое-как сполз со стула и на подкашивающихся ногах поплелся к Джулиану. Ему было одновременно и хорошо, и ужасно. Хорошо - от запаха мужика, джоки снять с лица он и не подумал, и от ноющей простаты, только что издолбленной Мастером. Издолбленной, но не насытившейся.
Дойдя до стола, Бен посомтрел мутным взглядом на лежащего Джулиана. Это зрелище отвлекало от собственных проблем, и Бен принялся за дело. Джоки все-таки пришлось снять - чтобы развести бедра Джулиана, приподнять их и с урчанием начать вылизывать его дырочку. Мелкий недочлен только раздразнил ее, сделав чувствительной, и Бен просовывал в нее язык, гладил и ласкал, зная, что Джулиану хорошо. Потом облизал розовые яички и, наконец, взял в рот истекающий член. Этот запах и вкус он любил не меньше, чувствуя горячую напряженную плоть, и сосал так, будто  от этого зависела чья-то жизнь. А потом, наконец, уложил попку Джулиана на стол и въехал в нее членом - так же резко, как до этого Логан в него самого. Он не хотел делать больно, он хотел насытить любовника, дать ему то, чего он так хотел, и почувствовать самому его податливое тело. Резинка продолжала оставаться на члене, и Бен знал, что не сможет кончить, пока этого не разрешит Мастер. Их Мастер.
Положив ноги Джулиана себе на плечи, он облизал два пальца и при следующем толчке вогнал их в попку Джулиана вместе с членом. Их Мастер был большой, и нужно подготовить эту сладкую дырочку к большему.

+3


Вы здесь » RED BUS » реальный мир » Dream On


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC