дуэт недели
эпизод недели
Мужчина, кажется, не против чая, поэтому ты пробуешь заварить этот несчастный чай, а еще параллельно собираешься помыть кружку для него...читать
Лондон, март 2020 \\ реал-лайф \\ nc-21

RED BUS

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » RED BUS » реальный мир » сегодня я пью виски, прости


сегодня я пью виски, прости

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

сегодня я пью виски, прости

http://images.vfl.ru/ii/1584558395/efe955d2/29918437.gif
http://images.vfl.ru/ii/1584558505/58608c3b/29918453.gif

время действия:
сентябрь, 2019

Karen Hogg
&
Jeremy Norton

место действия:
квартира Джереми Нортона

услышь меня и вытащи из омута.

http://sg.uploads.ru/gXb5v.png 20.04.2020 - 27.04.2020

ЛУЧШИЙ ЭПИЗОД НЕДЕЛИ
Джереми & Карен

Ваш эпизод просто потрясающий! Весь Лондон с замиранием сердца ждал каждого вашего поста. Все слова, что вы написали, сложились в замечательные предложения, сплелись в единую, уникальную историю! Мы счастливы, что вы поведали нам о кусочке своей жизни и надеемся, что вы и дальше будете радовать нас своим талантом и захватывающим сюжетом.

+2

2

Джереми прикрывает глаза. Он играет мелодию от которой на глазах у сентиментальных людей всегда появляются слезы. Стук в двери рая. Финальная точка, к которой каждый хочет прийти. Грустная песня о солдатах, погибших где-то далеко. Мама, прости и забери мое оружие, ведь больше не раздадутся выстрелы. Нортон сам не понимал, как эта песня может быть такой грустной, но, в тоже время, вселяющей какой-то свет в сердца окружающих. В его же сердце сейчас была только тишина.
Когда за Билли закрылась дверь, то Джер совершенно не понимал, что делать дальше, словно его жизнь только что разделилась на "до" и "после". Хотя почему словно? Она, действительно, разделилась и он совершенно не понимал, что делать дальше. Единственное, в чем он находил успокоение всегда - музыка. Сейчас он возвращается к ней,. Пальцы машинально касаются клавиш и ему даже не нужно задумываться об очередности, ведь это все отточено до профессионализма. В какой-то момент его игра становится достаточно агрессивной, он пытается выместить на чертовых черно-белых клавишах всю свою боль, смятение и внутренний раздрай. Раньше ему для ощущения баланса хватало музыки, сейчас же ее совершенно недостаточно. Нортон с остервенением хлопает крышкой рояля и поднимается на ноги. Берет с небольшого кофейного столика практически пустую бутылку виски и сначала тянется к  стакану. А потом плюет на это дело и пьет прямо из горла. Несколько жадных глотков и бутылка становится пустой. Джереми проводит манжетой рубашки по губам и делает жадный глоток воздуха. Но в его квартире сейчас огромная напряженка со свежим воздухом. Он снова курит и, кажется, что в его квартире больше не осталось кислорода, а есть только дым. Дым заполняет легкие, съедает глаза. Дым - единственное, что у него осталось. Он не хочу никого видеть. Нортону остро необходимо остаться в своем горе в одиночестве. Джер знает, что именно его подкосило настолько - возможное изменение его устоявшейся жизни. Да, он прекрасно знал, что где-то в этом мире есть его ребенок, потому что был уверен, что Лиззи не сделала аборт. Но знать об этом ребенке в гипотезе и встретиться с ним лицом к лицу - слишком разные понятия. Нортон абсолютно не любит чувствовать себя таким... Ничтожным и неправильным. Но сейчас это единственные слова, которыми он может себя описать. float:right
Расстегивая оставшиеся пуговицы на рубашке, которая несколько дней назад была белоснежной. Сейчас она уже сероватая, с пятном от пролитого виски и с кофейным подтеком. Нортон немного потерял нить времени и не слишком отчетливо помнит, когда ушла Билли. Это может быть час назад, а может и несколько суток. Больше он склоняется ко второму варианту. Расстегивая манжеты, он шарит рукой по столу, ища зажигалку, которая у него вечно куда-то пропадает. Вокруг мужчины темнота и он сейчас не говорит про внутреннюю, нет. Там выключили свет и он уже не собирается включаться. Нет. Джереми задвинул тяжелые шторы, чтобы не впустить в комнату солнечный свет, поэтому он даже слабо не представляет о том, какое сейчас время суток, а не то что день. 
Нортон сидит на полу, упирается спиной в свой любимый кожаный диван и смотрит в стену. Он делает это уже несколько часов с переменным успехом прикладываясь к очередной бутылке виски. Глоток за глотком. Сигарета за сигаретой. Ему нет времени думать о том, что сейчас происходит с Билли, с этой милой молодой девушкой, которая оказывается его дочерью, Он слишком погряз в своем собственном дерьме, несущем на себе вывеску " а что если?". Джереми никогда не представлял себя в роли отца, ведь не имел перед собой нормального примера и был абсолютно уверен в том, что не сможет потянуть на себе такую ответственность. Но, если быть честным, то Билли и не требовалось воспитание. Она сейчас была в том возрасте, когда он, Джереми, бросил свою маму и уехал жить в чужую страну. Джер был абсолютно уверен в том, что в таком возрасте молодым людям не нужна опека. Но сейчас, сидя на чертовом полу, он чувствовал себя самым последним мудаком. Он им, в принципе, и был, чего греха таить, хоть и пытался всегда показать себя в совершенно другом свете.
Мужчина протягивает руку немного вперед, касается ножки кофейного столика и находит свою спрятанную заначку. Он совершенно не понимает, как ее не нашла Карен, которая устраивала тут самые настоящие обыски, но факт остается фактом. У него есть хорошая такая доза кокаина к которой он не притрагивался уже пару лет.  Видимо, действительно, бывших наркоманов не бывает. Джереми знает, что сейчас это самое лучшее решение. Как тогда, когда Хогг вытаскивала его. Джереми любил кокаин за то, что он полностью освобождал его от мыслей. Больше не было этих метаний от "хорошо" до "плохо", больше не было кризиса среднего возраста и мыслей о высшей силе и предназначении человека. Была поражающая и прекрасная пустота. Все проблемы людей от их мозга. Нортон был в этом бесконечно уверен. И, когда в его голове была тишина, то он был счастлив. Сейчас ему и требовалась лишь небольшая порция счастья, которую был способен обеспечить белый порошок.
Нортон чувствует как начинают неметь десна. Это давно позабытое чувство. Вновь делает большой глоток виски на секунду замирая, чтобы в полной мере ощутить всю прелесть момента. Откидывает голову назад, пытаясь игнорировать орущий на фоне мобильный телефон. Ведь рано или поздно в этом дьявольском устройстве сядет батарейка. Джер чувствует бешено стучащее сердце где-то в собственном горле и лишь слегка надеется, что у телефона батарейка сядет быстрее, чем у него.
Он снова теряется во времени, но постепенно его небольшие запасы пустеют. Джереми чувствует тошноту, но буквально заталкивает ее обратно с помощью виски. Слышит, как в замке входной двери поворачивается ключи и испускает протяжный вздох полный гнева. Ключи от его дома есть только у одного человека. Ее он рад видеть почти всегда, но сейчас Джереми хочет послать Карен куда подальше. Ему нужно упиться своим горем в одиночестве. Нортон просто морально не готов сейчас на откровенный разговор да и с Хогг это практически невозможно, ведь он только что нарушил собственное обещание. Джереми хватается за голову, ощущая то как мысли вновь возвращаются в нее, сдавливая голову горящим обручем. Он буквально воет от боли, а потом переводит практически пустой взгляд на вошедшую блондинку.
Чего тебе? Никаких манер, никакой радости в голосе от встречи. Ничего. Такое же ничего как и сам Джереми Клайв Нортон. Мир вокруг него сейчас крутится веретоном. Ему с большим трудом удается зафиксировать свой взгляд на Карен, поэтому он делает это буквально на пару секунд, а потом вновь склоняется над столиком, где разбито несколько дорожек наркотиков. Если ты пришла читать лекции, то я сейчас абсолютно на это не настроен. Слишком длинное предложение, которое дается ему с трудом. Ведь он сейчас держится только на наркотиках и выпивке. Еды в его организме не было уже долгое время. float:left И единственное, что он сейчас хочет - сдохнуть. Рано  или поздно его жизнь должна закончиться именно так: в море выпивки, наркотиков. Смерть от передоза - прекрасна, только если упустить, что ты можешь умереть в луже собственной рвоты. Этот момент Нортону не очень нравится, а вот все остальное буквально за милую душу. Ты либо пьешь со мной, либо сваливаешь нахрен. Выдыхает Джереми и склоняется над очередной дорожкой, вдыхая ее. Где-то на дне его подсознания бьется другой Джереми, который хочет попросить помощи и совета. Но есть тот, который этого никогда не сделает. Нортон не привык просить о помощи даже от такого близкого человека как Карен Хогг. У него, действительно, не было никого ближе, чем эта девушка. Нортон не любит заводить близкие знакомства, но Карен об этом его и не спрашивала. Она просто появилась в его жизни, чтобы не исчезнуть, став его правой рукой, верным другом и соратником. Поэтому он чувствует себя последней тварью, когда так общается с ней, но ничего сейчас не может с собой сделать.

+2

3

Если честно, торт выглядел весьма паршиво.
Но, по крайней мере, слизанное с пальцев сырое тесто и налипшая на ложку вишневая начинка были достаточно вкусными. На это и была вся надежда, слабо пробивающаяся через четкое осознание, что кондитером ей никогда не быть. Не то чтобы Карен об этом мечтала. Кажется, она просто становилась слишком сентиментальной.
На последнем собрании группы поддержки ее слишком растрогала история парня по имени Мэтью. Он потерял несколько работ, пока торчал на крэке. Когда же он завязал и устроился на новое место, его девушка испекла ему торт, который выглядел просто идеально на тех чертовых фотках, что парень показал группе. В этом не было чего-то из ряда вон. Но именно такие истории, в которых люди возвращались к нормальной жизни и радовались мелочам, больше всего трогали блондинку. И когда у нее появился повод поздравить Нортона, а заодно и саму себя, Хогг сразу вспомнила про проклятый торт, из-за которого кухня в ее старой квартире теперь нуждалась в косметическом ремонте и новом блендере.
Но это было наименьшей ее проблемой. Куда больше блондинку беспокоил вопрос: когда Джереми соизволит взять трубку?
Сначала ей просто не терпелось договориться с ним о совместном ужине у него дома (сколько бы месяцев она не жила в его квартире, она так и не стала называть ее своей), чтобы поделиться новостью. После она была раздражена, гадая, чем он так занят, что игнорирует ее звонки. В конечном счете, она оказалась близка к панике. Для человека, который по условию их сотрудничества должен постоянно быть на связи, такое поведение было абсолютно ненормальным. Пытаясь подавить приступ нарастающего беспокойства, Хогг запихнула разваливающийся торт в коробку и стала вызывать такси.
- Я надеюсь, у тебя веская причина игнорировать меня, Нортон… - она раздраженно сдула прядь волос с лица, закрывая на ключ квартиру, где-то на задворках подсознания гадая, когда попадет сюда в следующий раз. Давно пора было сдать ее в аренду, но Карен цеплялась за эти квадратные метры так, словно впустив сюда посторонних людей, она заодно впустит их топтать ее воспоминания о прежних временах. Временах ярких софитов, больших сцен, миллионов друзей и счастливой семьи. Ностальгия и тоска по всему этому давно перестали грызть девушку изнутри, но все же, она не желала окончательно отпускать прошлое. Держала его запертым, словно старые украшения в шкатулке, иногда открывая и задумываясь, что могло бы быть, сложись жизнь немного иначе.
Она почти успокоила себя во время поездки на такси. Готова была узнать, что ничего страшного не произошло, а потом посмеяться над своей паникой вместе с Джером, пообещав ему страшное наказание, если такое еще раз повторится.
Пробежав взглядом по многочисленным окнам монстра из стекла и бетона, она посмотрела туда, где предположительно должна была находиться квартира музыканта. В этот момент, она не знала, что было бы лучше: найти Джереми дома или  обнаружить его отсутствие. Как бы ей не было мерзко такое представлять, но лучше бы он трахал очередную девицу в очередном отеле. С этим, как говорится, можно было работать. Даже если сама мысль об этом вызывала у нее приступ тошноты.
Широкий холл, дежурная улыбка узнавшего ее консьержа, и Карен кажется, что эхо от стука ее каблуков долбит внутри ее головы, давая обратный отсчет.
«Наверно я просто параноик…» - она выполняет очередной акробатический этюд, удерживая одной рукой коробку со своей несчастной кондитерской жертвой и открывая дверь своим экземпляром ключей.
Понадобился всего один шаг внутрь квартиры, чтобы понять: Нортон сорвался. Сорвался, чтоб его.
Она не перепутает этот запах ни с чем. Никогда не сможет проигнорировать эту атмосферу, что сразу ложится тяжелым грузом на плечи. Не избавит себя от привычки сразу оглядываться вокруг, делая выводы, в насколько глубокой заднице он оказался.
Тусклого света из-под тяжелых штор хватает, чтобы Хогг увидела на черном столе контрастно белые дорожки.
Чертов торт падает из рук.

Soon I'll come around
Lost and never found
Waiting for my words
Seen but never heard
Buried underground
But I'll keep coming

https://funkyimg.com/i/33iQs.gif

[indent] Карен помнит, как стояла на улице, пытаясь укрыться от ветра в своем тоненьком кардигане, и смотрела в панорамное окно одного из модных в этом сезоне баров Лондона. Как внутри нее боролись между собой облегчение, что она нашла его, и злость, смешанная с разочарованием по поводу его срыва.
[indent] Он не взял трубку. Впервые за несколько месяцев ее работы его компаньоном, Джер не взял трубку. Интуиция била тревогу. Ей потребовалось не так много времени, чтобы обзвонить всех людей, с кем он более или менее часто общается – у этого мужчины было катастрофически мало «друзей». Несмотря на ее удивленные вопросы, он упрямо называл друзьями тех, с кем работает, говорил, что ему этого достаточно, и категорически отказывался давать контакты своей семьи, снова и снова повторяя, что скорее мир перевернется, чем он свяжется с этими людьми. Никто не знал, куда мог деться Нортон. Его бывший агент и вовсе наорал на нее, обвиняя во всех смертных грехах и злорадствуя, что она не справилась со своей работой. Он был одним из немногих, кто знал, почему она все время проводит с Джереми. Остальные никак не могли решить, кто же она: любовница или просто безумная фанатка.  Спустя несколько отчаянных минут после разговора, Хогг получила голосовое сообщение от жены этого мерзкого типа. Та сжалилась и дала ей адрес бара, из которого ей не раз приходилось забирать своего перебравшего муженька вместе с его «золотой жилой».
[indent] Сквозь дымчатое стекло она видела много улыбающихся лиц, но следила только за одним. Она видела его отрешенный взгляд, нервные поиски чего-то пропавшего по карманам костюма. Его явно отпускала последняя доза. Самое время еще больше испортить ему этот отвратительный праздник жизни.

С момента того срыва прошло уже больше года. За несколько недель тогда Нортон протащил ее и себя самого через ад. Многое изменилось, в том числе в статусе их отношений. Карен больше не была его компаньоном, она работала с ним. Считала их друзьями, как минимум. И они все еще разгребали последствия. В какой-то мере, именно из-за этих последствий она и собиралась сделать ему сюрприз. Теперь она казалась себе идиоткой. Что она упустила?
Упавшая на пол коробка вполне вписывалась в обстановку. Карен перешагнула через нее и подошла к окну, резко раздвигая шторы и впуская в комнату вечерний, но все еще яркий свет, пока за ее спиной раздавался отборный мат.
- Закрой рот, Нортон, - собравшись с силами, чтобы не сорваться на крик, она оборачивается лицом к нему. Блондинка слушает его невнятную речь и качает головой. Ей не нравится видеть его таким. Подхватывая с пола стоявшую рядом с мужчиной початую бутылку виски, Хогг оглядывает ее опустевших «собратьев» и не понимает, когда он успел так основательно закупиться алкоголем. Подыгрывая ему, словно подчиняясь его словам, она находит неподалеку два стакана, молча наполняя их больше чем на половину каждый. Она ставит один стакан на низкий столик рядом с музыкантом и смотрит, как Джер тянется к явно не первой для него дорожке кокса и снова говорит ей сваливать. – Ты воняешь, - Карен переворачивает бутылку точно над его головой, чтобы вылить виски на него и рассыпанный под его лицом кокс. Стопроцентное попадание.
Кажется, он ударил бы ее, если бы смог встать на ноги. Игнорируя новый поток его ругательств, она садится на пол, рядом с диваном, где ранее сидел он и кивает на стакан, который налила для него. Ей нужно выдохнуть.
- Полгода, - она делает глоток из своего стакана, - хреновых полгода я убила на то, чтобы ты поехал с хреновым симфоническим оркестром в свой хренов мировой тур, который один раз уже просрал из-за наркоты. Скажи… стоило оно того?

Отредактировано Karen Hogg (2020-03-23 08:57:25)

+3

4

https://66.media.tumblr.com/a74171fd3fbc30e6eede360bf4b8ef23/tumblr_ojl1ldmeTS1sppvigo4_400.gif

And you were strong and I was not

My illusion, my mistake

I was careless, I forgot

I did

Какого... хуя... - Он отчаянно пытается сказать хоть что-то связное, но вместо этого издает какое-то невнятное бормотание. Но Джереми остро необходимо донести до Карен всю свою мысль. Он пытается часто моргать, чтобы виски не заливали ему глаза, но его движения чересчур заторможены, поэтому его действия не возымеют должного успеха. Попробовав это сделать несколько раз, он сдавленно рычит и вновь берется за голову, запуская пальцы во влажные волосы. Закрывает глаза, прислушиваясь к своим внутренним ощущениям. Ему кажется, что он катается на чертовой карусели, потому что, даже не смотря на окружающую обстановку, он чувствует, что все вокруг крутится. Каждый раз, когда Джереми уходит в состояние трезвости, то он не хочет вспоминать вот эти самые прокрутки комнаты, но, когда его выбивает из колеи, то он снова и снова возвращается в крутящуюся комнату, к осуждающему взгляду Карен, который он чувствует даже сейчас, к полной ненависти себе и своей слабости. Бывший наркоманов не бывает. Нортон прекрасное тому подтверждение. Сколько бы Хогг над ним не билась - он всегда будет возвращаться к этому состоянию, потому что просто слишком слаб, чтобы в одиночку справляться со всем дерьмом, которое попадается в его жизни. Обычные люди идут к друзьям с бутылкой водки, а Нортон променял друзей на несколько дорожек кокаина, на несколько таблеток экстази, на бутылку высокоградусного напитка, на что угодно, что позволит ему забыться. Он меняет простые человеческие ценности на то, что прогоняет мысли из его головы, делая ее пустой. Он наслаждался этой самой пустотой, потому что не хотел возвращаться к своим мыслям. Но постепенно доза начинает его отпускать и он должен потянуться за новой, но чертова Хогг все испортила своим приходом. Такое ощущение, что ей больше всех надо. Такое ощущение, что ей не похуй. Нортон не строил иллюзий по отношению к своей персоне, зная, что в любой сложной ситуации останется один. Ни один из тех людей, которые составляют ему компании на всевозможных вечеринках не будут с ним такой момент, как сейчас. Во всех своих трудностях он всегда остается в полном одиночестве. Всегда, кроме тех моментов, когда Джереми встретил Карен. Она всегда была рядом с ним, как бы сильно он не противился этому. Как бы сильно не кричал на нее, не прогоняя ее раз за разом, она возвращалась и была рядом, что в самые худшие времена, что в самые лучшие. Именно с ней он мог отправиться на самую отвязную вечеринку, где она непревзойденно выглядела в шикарных платьях или мог часами мучить ее набросками очередной композиции, мог просто смотреть с ней какую-нибудь идиотскую американскую комедию до четырех часов утра, а потом она засыпала у него на плече и Нортон ощущал очень странное чувство, которому не мог дать никакого названия. Да и не хотел. Когда люди начинают чему-то давать имена, то все всегда портится, а Джереми этого никак не хотел. Не хотел, но портил с завидной регулярностью. Джереми словно ожидал того, что рано или поздно у нее не хватит сил и Карен оставит его. Он ждал этого с желанием полного мазахиста, который хочет потом оказаться уверенным в своих мыслях. Он слишком херовый человек для того, чтобы рядом с ним был кто-то хороший. А Хогг была именно такой, но он был ее недостоин от слова «совсем». Не достоин ничего, что может приносить хоть какое-то счастье.
Нортон ловит знатный отходняк. Его тело начинает трястись, словно у него последняя стадия болезни Альцгеймера. Он пытается подняться, чтобы уйти от этого осуждающего взгляда Хогг. Не просто осуждающего, но больше разочарованного. И от этого было больнее всего. Он слишком часто видел этот взгляд ранее,  и должен был уже к этому привыкнуть, но нет. Каждый раз от этого взгляда становилось неуютно и внутри что-то неприятно ёкало. Но в его руках сейчас слишком мало силы, поэтому он с грохотом валится обратно вниз.
Блять. – сквозь зубы выдыхает он, закрывая глаза. Что ты хочешь от меня? Давай, брось меня. Вперед, Хогг, ты же так заебалась мучиться с моими проблемами, знаешь, что это бесполезно. Вся моя тупая жизнь – бесполезна. Он выдыхает, откровенно клацая зубами, которые решили устроить чечетку в его рту. Слишком долгая фраза, которая дается ему с большим трудом. Он с силой закрывает глаза и хрипло смеется. Это ситуация ему кое-что напоминает.

Потому что я - твой друг. Хочешь ты этого или нет.
Джереми держит стакан с виски в руках,поворачивает голову в ее сторону и смотрит на Карен, немного приподнимая уголки губ в улыбке. Он никогда не слышал таких слов, точнее, просто не придавал им значения. А сейчас смотрит на блондинку и отчаянно в это верит. В конце концов, кто, если не друг, будет сидеть с ним, слушая его вечное ворчание. float:right Он, если честно, до конца не может поверить в то, что выбрался из того ада, в который загнал себя самостоятельно. Еще рано судить о том смог ли он побороть свою пагубную привычку, но пока он держался, предпочитая решать свои проблемы, а не сбегать от них в пустой мир. Он скользит взглядом по лицу Карен, понимая, что не сделал бы и десятой доли того, что есть без ее помощи. Именно Хогг не дала ему опустить руки, найдя в себе какую-то веру в него, в Джереми, мать его, Нортона. Он ловит ее ответную улыбку, а затем обнимает за плечи, притягивая к себе. Касается губами ее макушки и произносит в ответ: Однажды ты пожалеешь об этой фразе, Хогг.

Джереми смотрит на Карен и усмехается. Ему сейчас наплевать на какое-то там выступление, на многое наплевать. Он просто хочет пожалеть сам себя и чтобы от него все отстали. Это самое большое желание мужчины сейчас. Но Карен явно не планирует этого делать. К огромному сожалению Нортона. Он откидывает голову назад, касаясь затылком кожи дивана и сжимает зубы, чтобы они не стучали так сильно - не хочет чувствовать себя настолько ничтожно. Но с этим ничего не поделать. Он смотрит в свой белоснежный натяжной потолок, разбитый золотистым светом светодиодных ламп. Следит за тусклым световым хвостом, уходящим куда-то в сторону. Следит с таким ожесточением, словно это самое интересное, что может быть на свете.
Я сегодня чуть не переспал с собственной дочерью. С собственной, мать его, совершеннолетней дочерью. Мысли, облаченные в слова, выглядят еще более абсурдно, чем до этого звучали в голове. Он чувствует просто всю конченность данной ситуации. Чувствует себя самым последним человеком на всей планете. Потому что нужно быть полным и беспросветным мудаком, чтобы где-то в баре встретить свою бывшую девушку, которую ты бросил беременной, с его новым мужем, а следом потом узнать, что девушка, которая не дала упасть тебе лицом в грязь - твоя дочь. Какой нахрен смысл в этом всем? Джереми откровенно запутался и, наверное, стоило с самого начала прийти к Карен, которая, конечно бы, помогла ему с советом, с поддержкой...да, блять, с чем угодно бы она помогла, но нет. Джереми решил, что он справится со всем самостоятельно. Точнее, он решил, что самостоятельно с этим не справится, заранее выбрав самый проигрышный вариант изо всех возможных.

Отредактировано Jeremy Norton (2020-04-21 08:40:56)

+2

5

[indent] Это чувство «déjà vu». Они уже бывали в этом моменте раньше.
С наркоманами и алкоголиками редко бывает иначе. Они снова и снова возвращаются к одной и той же ситуации, танцуют на любимых граблях, пока не вырываются из замкнутого круга. Сколько раз этот круг будет замыкаться и возвращаться к своему началу, пока Джер не соберется с силами сломать его? Когда он начнет верить, что вообще на это способен?
Она уже не раз видела его таким. И каждый раз Карен одновременно знала и не знала, что делать. У нее были инструкции со времен первой работы компаньоном. Были знания со специализированных курсов. Был опыт, накопившийся за эти странные годы. Была уверенность, что она действительно должна это сделать.
Одна проблема: она все принимала слишком близко к сердцу. Особенно с Джереми.
Да, они определенно бывали в этом моменте. Вот только в этот раз все было иначе, по крайней мере, для нее.
Карен наивно думала, что замкнутый круг разорвался. Что чертов Уроборос выплюнул свой хвост и живет счастливой жизнью нормального змея.
Она сама не ожидала, что срыв Нортона так сильно ударит ей под дых. Но, после того как она отпустила прошлое компаньона и стала его ассистенткой, разве не должны они были двигаться дальше рука об руку счастливые и улыбающиеся?

Хогг сомневалась, что в эту историю стоит ввязываться. Такое было не в первые, она уже несколько раз отказывалась работать с какими-то людьми. Не то чтобы некоторые ей казались безнадежными (или казались, но она это сама не признавала даже в мыслях), просто порой она считала себя неспособной помочь конкретному человеку, не чувствовала контакта с ним.
Честно говоря, Карен готовилась сказать «нет», но пообещала хотя бы встретиться с потенциальным подопечным. And here we are...
Ее впервые нанимал (ну или пытался нанять) не кто-то из родственников наркомана, а его коллега. Или работодатель – она так и не поняла всех нюансов, которые ей пытались донести в телефонном разговоре, перекрикивая обрывистую музыку и громкие голоса. Разница подходов бросалась в глаза: кому вообще может прийти в голову мысль назначать подобную встречу на вечеринке?
- Карен, это и есть Джереми Нортон. Джереми, это Карен Хогг, я пытаюсь убедить ее с тобой поработать.
- Привет, - она вежливо протягивает ему руку, ее лицо – нейтральное дружелюбие. «Мистер музыкальный агент» не додумался предупредить ее надеть коктейльное платье. Мужчина напротив словно не видит ладонь девушки и с показательной ленцой оглядывает ее с ног до головы. Кажется, блондинка не удивилась бы, попроси он ее повернуться, чтобы позволить ему получше ее рассмотреть. Ей плевать, она чувствует себя комфортно и в джинсах посреди пестрых вечерних платьев. Но ему самому будто бы и не нужна эта встреча – вот что отталкивает Карен. Когда он, наконец, пожал ей руку в ответ, она заметила мысленно, что у бывших наркоманов (которые никогда не бывают бывшими) редко бывают такие теплые руки. Но знакомство на этом остановилось. Нортон извинился и ушел в другую сторону зала, сославшись на срочный разговор. «Срочный разговор» был в блестящем розовом платье. Ее потенциальный наниматель тоже куда-то пропал. Из чувства профессиональной вежливости девушка решила дать им обоим шанс в пятнадцать минут.
Это ожидание не стало для нее чем-то мучительным. Хогг часто в прошлом бывала на подобных около музыкальных тусовках и чувствовала себя как рыба в воде, даже несмотря на джинсы и яркую тунику в стиле бохо. Она не удивлялась, встречая старых знакомых, с удовольствием болтала с ними и, конечно же, обещала еще увидеться. Скорее всего, прошло больше пятнадцати минут. Агента (кажется, его звали Майк, но она не была в этом уверена) так и не было видно поблизости. К черту, ей ведь нужно просто найти их, чтобы сказать «нет». Проклятое воспитание не позволяло сделать это позже, по телефону.
Ей пришлось обойти треть первого этажа отеля, где проводили вечеринку, и спросить у нескольких гостей, не видели ли они Джереми Нортона, прежде чем один из них, наконец, сказал, что тот может быть в ресторане. Внезапно проголодался? Она уже жалела, что вообще потратила свой вечер на встречу, которая, кажется, была нужна лишь агенту и то только «для галочки». Карен не злилась. Но подобные выводы совершенно точно не улучшали девушке настроение.
У двери в ресторан она услышала музыку, но не обратила на это внимания, оглядываясь в поисках сравнительно знакомого лица. Несколько секунд спустя ее словно ударило молнией, блондинка замерла среди столиков, взгляд метался по залу, пока она пыталась найти источник звука.
Гипноз... Джереми, чтоб его, Нортон сидел за роялем и играл «Гипноз» Яна Кларка. Того самого Яна Кларка, который был профессором в ее школе искусств, а заодно почти стал ее первой любовью. Именно из-за его «гипноза». Карен не могла это объяснить. Просто эта мелодия раскрывала что-то в ее подсознании/сердце/душе – называть можно было как угодно. Суть не менялась: Хогг притягивало словно маленькую девочку из сказки флейтой Гамельнского крысолова. Вот и сейчас она шаг за шагом приближалась к тем рукам, что играли эти звуки. 
Когда он закончил, Карен не сказала ни слова. Музыкант также молча и изучающе смотрел на нее. Из-за их долгого зрительного контакта ей казалось, что окружающий мир задвинулся за невидимую границу.
- Ты действительно хочешь завязать?
- Да.
- Хорошо… тогда я помогу.

[indent] Жалость не работала. Да, на ее практике время от времени требовалось просто сочувствие, объятие и обещание, что все будет хорошо. Она не скупилась на это, когда было нужно. Но если человек хочет, чтобы его пожалели, в большинстве случаев ему нужно что-то совершенно иное. Например, хорошая пощечина.
- Прекрати ныть, - она сделала большой глоток виски и поморщилась от горечи, прокатившейся по языку и горлу. – Это же будет так просто, да, Джер? Если я сейчас уйду, и ты сможешь упиваться жалостью к себе еще больше. Этого ты хочешь? Так вот, у меня для тебя новость. Ныть и жалеть себя сможет любой слабак. Для этого ничего не требуется. Жить дальше – вот для чего нужны силы. И у тебя они есть, но тебе больше нравится быть слабаком. Почему? Вытащи уже свою страусиную голову из этого дерьма, пока я по ней не врезала.
Хогг поднялась с пола и отставила свой стакан, оглядывая квартиру и оценивая степень царившего в ней хаоса. Это были действия, доведенные до автоматизма еще задолго до знакомства с этим парнем. По пути на кухню она позвонила в клининговую компанию, заказывая срочную уборку. Когда блондинка вернулась к дивану, Джереми сидел, не изменив позы, словно окоченел. Его выдавал только тремор рук и подрагивающая от озноба линия нижней челюсти. Карен начала собирать бутылки в большой пластиковый пакет – ей нужно было чем-то себя занять.
Сначала она решила, что ослышалась. Но по взгляду мужчины, направленному на нее, такому знакомому, ожидающему ее реакции, Карен поняла, что он действительно это сказал.
- У тебя есть дочь? – она даже не пыталась скрыть свое удивление. – Поздравляю, теперь ты «папочка», - Хогг отсалютовала ему своим виски и на этот раз выпила до дна. Эту новость ей еще нужно было переварить. Как и дополнение к ней. – Если ты выглядел так же, как сейчас, то понятно, почему все-таки НЕ переспал. – Девушка закрыла глаза и потерла пальцами переносицу. Она терялась в словах и не знала, как должна реагировать на происходящее. Его слова смогли выбить ее из колеи, но обычные, необходимые сейчас действия, могли вернуть ей твердую почву под ногами. Она на это надеялась.  – Сколько кокса ты успел в себя всосать? – блондинка посмотрела на стол, чтобы убедиться, что устроенный ей дождь из виски смыл остатки наркотика. Рядом валялся прозрачный пакет, испачканный изнутри белой пыльцой. Вряд ли после этого Нортон скоро уснет. – Сейчас ты пойдешь в душ и приведешь себя в порядок. А потом мы поговорим, и ты расскажешь, что с тобой произошло. И нет, - она увидела, что он пытается открыть рот, чтобы ей возразить, и вскинула руку в предупреждающем жесте, заставляя его замолчать, - это не вопрос и не предложение. Ты просто это сделаешь. Твоя вечеринка уныния и жалости к себе закончилась. От тебя только зависит, будешь ты разговаривать со стаканом виски в руке или с капельницей в вене. 

+2

6

https://66.media.tumblr.com/1253fff5b3b6fb0b26256a20650a7cd8/tumblr_pn0fnuk57E1rfr2d6o3_250.gifv

говори со мной,
сука, говори со мной
проведи со мной,
просто проведём вдвоём
мои три круга ада

https://66.media.tumblr.com/f80aa768b9e79a6ea56b2d0f7dfe9954/tumblr_pn0fnuk57E1rfr2d6o1_250.gifv

Джереми варится в собственном котле из горести, жалости к себе и самой крайней степени отчаяния. Он сам не знает, почему встреча с Билли ударила по нему столь сильно. Но прекрасно помнит ощущение красного гладкого шелка, сжимаемого его чертовой рукой и немного испуганные, почти оленьи, глаза девушки, которая начала молотить несусветную чушь в самый неподходящий (это после окажется, что все было наоборот) момент. Нортону приходится приложить определенные усилия для того, чтобы сосредоточиться на этом бурном потоке из слов. И он не знает каким богам молиться, ведь он чуть не допустил огромную ошибку.
Он вскидывает на Хогг вполне осознанный взгляд, скользит взором по ее лицу, стараясь уцепиться хоть за что-то, что сможет прибить его обратно к берегу нормальной жизни. Он никогда не признавался ей да и, наверное, не признается, но каждый раз, когда ей удавалось вытащить его из этого наркотического плена - он делал это только из-за нее. Нет, никакой романтики, боже упаси. Нортон не хотел превращать Карен в одну из своих пассий, а иначе, как ему казалось, он просто не умел. Просто мужчина видел где-то в самой глубине глаз Хогг веру в него. Он цеплялся за это явление, как язычник, впервые увидевший чудо, которое не могла объяснить его религия. Цеплялся отчаянно и бездумно, как он делал со многими явлениями в своей жизни. Он смотрит на Карен, пока та собирает бутылки по комнате, пытаясь уловить ее взгляд, пытаясь понять, что она чувствует сейчас, пытаясь прочитать ее мысли, ведь он отлично умел делать это в трезвом состоянии. Сейчас он постоянно сбивается на тремор собственных рук, на трясущийся подбородок из-за которого невозможно сказать что-то связно. Но Джер абсолютно не уверен, что ему есть что сказать. Слова потеряли свое значение и казались абсолютно лишними.
"Поздравляю, теперь ты папочка" - эхом отдается в голове у Нортона, ударяясь об виски, колокольным набатом раздаваясь где-то в подсознании. Он никогда не представлял себя отцом, считая, что худшего варианта для ребенка и не придумаешь, поэтому, видя перед собой уже взрослую дочь - он ловит отличную панику. И, вроде, даже пытается быть сильным и собранным пока девушка тут, но стоит закрыть за ней дверь, то у Джереми слетают все предохранители, которые он устанавливал много месяцев. Раз - и нет ничего. Два - и он чувствует, как опускается на дно. Три - он слышит раздраженный голос Карен. Он вновь вернулся на свой старт, туда откуда все начиналось и, видимо туда, где все закончится. Он хочет попросить помощи у Хогг, но не произносит не слова, упрямо качнув головой, чего бы лучше, конечно, было не делать, потому что он чувствует подступающую тошноту.
Да, это было бы лучше. Если бы ты оставила меня здесь и я сгнил бы как того и заслуживаю.
Нортон не из тех веселых наркоманов, которые, после дозы, любят весь мир и клянутся ему в любви. Он из тех, которые ловят такую вспышку любви лишь на секунду, а после этого погружаются в черный, тлетворный, несущий смрадом и паленным, мир, где нет ничего светлого.
Он поднимается на ноги, хмуро смотрит на Карен, которая посмела его так некстати перебить, а потом уходит. В какой-то момент хватаясь за спинку кресла, чтобы сохранить равновесия. Секунда головокружения, а потом он идет дальше, по пути расстегивая рубашку. Трясущиеся пальцы не справляются с этой задачей, поэтому он просто хватает ткань и разрывает ее, слушая, как пуговицы отскакивают от голого пола. Рубашка остается где-то в прихожей, а сам он добирается до ванной, ведь прекрасно знает, что спорить с этой женщиной - себе дороже. Абсолютно бесполезное и непродуктивное занятие.
Ванная комната, в отличии от всей остальной квартиры, выполненной в темно-сером и черном цвете, - белоснежная. От такой яркости Джереми немного жмурится и ступает на подогретый кафель. На небольшом столике около раковины валяются серые спортивные штаны и белая футболка. Он всегда оставляет тут вещи, словно зная, что будет не в состоянии идти в спальню к шкафу. Продуманный человек.
Нортон избавляется от остальной одежды и встает под душ, включая холодную воду. Ему необходимо вернуться в нормальное состояние. Нужно собраться и хоть что-то сделать со своей гребанной жизнью.

Она здесь, чтобы помочь тебе, хренов ты ублюдок.
Джереми смотрит на своего агента. В его взгляде сквозит недоверие и насмешка. Он прекрасно знает почему Джек делает это. Ему не нужно, чтобы его "дойная корона" скопытилась не дав ему всех возможных денег, которые так и норовили оказаться в его кошельке. Нортон прекрасно знал это, поэтому и не верил в искренность этих намерений. Он абсолютно не верил в то, что кто-то может захотеть помочь ему, причем абсолютно бескорыстно. Он долго не дает своего ответа, прикидывая, чем обернется встреча с каким-то там помощником для его жизни. Но потом кивает.
В любом случае, там отличный виски. Но твоя идея - кусок говна.
Когда к ним подходит блондинка, то Джереми еще больше сомневается в том, что все это ему нужно. В своем воображении он рисовал совсем другой облик: ботаник, в огромных очках, прижимающий к груди тетрадку с грехами своих подопечных. Но вместо него он видит девушку, Карен Хогг, отлично вписывающуюся в его мир в этих дурацких джинсах. Его мир - окружающий его праздник. Он хочет думать так. Он хочет так показывать всем вокруг. И тут появляется Карен, которая, кажется, хочет все изменить. Он касается ее руки, ощущая как миниатюрная ладонь практически тонет в его руке. Ему словно передается какое-то тепло, которым искрит девушка. Джереми сбрасывает с себя это ощущение небольшим движением головы и уходит, сказав, что у него появились неотложные дела.
Уже потом, когда они с Карен уйдут из дорого ресторана и пойдут гулять по вечернему Лондону, когда Джереми будет чувствовать огромное количество силы, исходящей от девушки - он поймет, что поступил правильно, согласившись на ее помощь, не понимая, что сможет превратить жизнь Хогг в настоящий филиал ада.

Когда зубы начинают стучать уже не от отходняка, а от холода Джереми включает горячую воду, чувствуя, что сердце начинает бешено колотиться от изменения температуры. Еще несколько минут под обжигающей водой и он выключает этот поток, делая глубокий вдох. Кажется, что сознание немного прояснилось. Он отбрасывает немного отросшие мокрые волосы со лба, одевается в подготовленную одежду и смотрит на себя в зеркало. Зрелище прискорбное, но он встречал себя таким достаточное количество раз, чтобы привыкнуть. Джереми проводит рукой по лицу, делая глубокий вдох, а только потом возвращается к Карен.
Не мельтеши только, пожалуйста, моя голова сейчас развалится на куски. И сделай кофе, а то я сейчас умру. Джереми медленно опускается в свое любимое кресло, откидывая голову назад. Слишком ярко вокруг. Это он может сказать точно. Но ему не долго удается остаться в таком расслабленном состоянии, потому что он прекрасно чувствует на себе взгляд Хогг. Пытается его игнорировать, но не слишком хорошо получается. Ладно. С чего начнем? Сначала ты меня отчитаешь за мои грехи или я тебе расскажу, что произошло? Хотя я тебе, вроде, все рассказал События, которые происходили в этой комнате до его похода в  душ - в тумане. Он пытается воскресить их в своей памяти, словно вытаскивая их из очень дурного сна. Да, определенно рассказывал... да ведь? Он неуверенно смотрит на Карен, чувствуя на своих плечах огромный булыжник вины. Он в очередной раз ее подвел. Подвел. Эта мысль вновь возвращается в его голову, но Джереми с силой прогоняет ее, чтобы вновь не загнать себя в невиданных дали собственного самобичевания. На сегодня с него хватит. Возможно, как-нибудь в другой раз. Сейчас же серьезный взгляд Хогг, действительно, держит его на плаву, а со стороны Джереми нужны силы, чтобы не утопнуть.

Отредактировано Jeremy Norton (2020-04-07 12:59:21)

+2

7

And I'll take one more step away
From the face I used to recognize

[indent] Карен ждет его ответа, тишина затягивается, почти ощущается физически стянутыми на висках жгутами. Она смотрит ему в глаза. В хорошие времена они постоянно играют в «гляделки», соревнуются, кто кого переупрямит, словно за это им обоим обещан какой-то приз. Чаще всего побеждает Нортон, смеется, что ей нужно больше тренировок, чем доводит блондинку до ребячества, когда она показывает язык и закатывает глаза.
На этот раз он отводит взгляд первым. Шутки неуместны.
Хогг внутренне вздыхает с облегчением, когда он отправляется в сторону ванной комнаты. Она каждый раз чувствует близкий к панической атаке страх, что он сдастся.  Что вместо сомнений она увидит в его взгляде равнодушие к собственной судьбе и к самой Карен. Рано или поздно, он может просто послать ее к черту. В подобной истории всегда может наступить момент, когда ничего уже нельзя будет изменить. Как это случилось несколько лет назад с ее сестрой. Алисе уже было поздно помогать, они не справились. Нельзя спасти всех, девушка это знала. Но самая большая проблема была в том, что в случае с Джереми эта история стала слишком личной. Сможет ли она двигаться дальше, оставив его позади? Сможет ли смириться с тем, что ему уже не помочь? Блондинка старательно прогоняла эти мысли, стоило им появиться в ее голове. Но они всегда возвращались.
Звук входящего сообщения вырвал ее из ступора. Клининговая компания обещала прислать специалистов через два часа. Девушка обошла всю квартиру, оценивая ущерб и фронт работ. К счастью (насколько это вообще может быть к счастью), Нортон не успел разойтись со своей драмой по всей квартире. Пострадали только кухня и гостиная. Карен приехала до того, как его срыв превратился в катастрофу. До того, как он перестал полностью контролировать себя.
В прошлом бывало и хуже. Намного.

Она слышит, как он шипит сквозь сжатые зубы.
- Это просто антисептик, потерпи, - Карен подняла его руку и подула на участок кожи, который только что обработала. – Так лучше?
- Да, спасибо.
- Теперь бинт, - она порылась в аптечке свободной рукой, пока не нашла нужную упаковку. Вскрыла ее с помощью зубов и стала заматывать кисть Джереми. – Ты же знаешь, что твою руку все равно нужно показать врачу? Убедиться, что нет трещин, может быть зашить порез. Странно, что твои руки вообще не застрахованы. Никогда не думал об этом?
- Сейчас это меня беспокоит меньше всего. Все могло быть хуже, я мог не остановиться на зеркале. Ты осознаешь это? Осознаешь, насколько опасно было находиться рядом со мной?
- Готово, - закончив бинтовать, блондинка перевела взгляд с мужской руки на осколки зеркала, что были разбросаны по всему полу ванной комнаты. На некоторых из них была его кровь. – Да, осознаю, - она посмотрела ему в глаза снизу вверх. – Но что это меняет? Я должна быть рядом, особенно, когда ты срываешься.
- Тогда ты должна найти способ контролировать ситуацию.
***
- Подождите, - Карен положила свою руку на запястье Джереми, мешая тому поставить свою подпись. Слева от нее раздраженно вздохнул директор реабилитационного центра – он явно хотел поскорее со всем эти покончить. Словно этот тип не получал деньги за каждую потраченную минуту. – Ты уверен?
- Да. Или ты планируешь злоупотреблять своей властью? – он шутливо подмигнул ей, словно не собирался одним росчерком доверить на год свою жизнь и безопасность другому человеку.
- Именно. Найду здесь самых грозных бугаев и скажу им запереть тебя в чулане, - Хогг попыталась за юмором скрыть свою нервозность. Готова ли она принять такую ответственность?
Она не успела сама себе ответить на этот вопрос, когда Нортон уже оставил свою подпись на бумаге. Подписанные им документы утверждали, что он, находясь в трезвом уме и здравой памяти, доверяет ей, Карен Хогг, в течение года принимать решения, касающиеся его терапии и реабилитации силами данной клиники. В том числе, в случае отсутствия его согласия.

[indent] В попытках переварить все услышанное от мужчины, Карен ищет целую бутылку виски взамен той, что вылила на голову музыканту, и вытирает остатки кокаина с журнального стола. Ей нужно чем-то себя занять, чтобы не поддаться панике. Она держит, как обычно, хорошую мину при плохой игре. Язвит в ответ Джереми и сохраняет спокойствие на лице, хотя внутри готова кричать. Но хотя бы кто-то из них должен быть спокоен.
В ее голове крутятся десятки его исповедей, рассказанных в разных состояниях, но ни в одну из них не вписывается факт, что у него есть дочь. Он не знал о ней? При всех своих недостатках Нортон не был похож на человека, который не думает о последствиях своих действий. Или она просто совсем его не знает? Ее регулярные попытки быть с ним то эмпатом, то психологом, могли ничего не значить. Она могла не знать про него даже десятой части, как не знает наверняка, что именно может спровоцировать его на новый рецидив.
В их шагах друг другу навстречу было много уступок и компромиссов. Карен училась доверять ему так же, как и сам Джереми учился доверять ей. Но, как она не смогла бы ему доверить присутствие в одной комнате с наркотиками, так и он, видимо, доверил ей далеко не все истории из своего прошлого. И вот они снова вернулись на «старт», теперь с новыми данными: у него есть дочь. Дочь, с которой он собирался переспать.
Хогг не могла осознать, что именно из всего случившегося, от его срыва до всей этой информации, задевает ее больше. Она просто старалась не думать о том, кто они друг для друга.
float:rightПривалившись к высокой столешнице, девушка замерла посреди кухни, разглядывая бутылку виски в своих руках, словно та может дать ей ответы на все вопросы. Когда они только начинали работать с Нортоном, одним из ее условий было полное отсутствие наркотиков, сигарет и алкоголя. Лишь спустя год в жизнь мужчины вернулся столь любимый им виски. Она поверила ему, увидев, что высокий градус не несет за собой последствий для музыканта. В ответ Джереми доверился блондинке во всем, что касается его окружения. Она, не церемонясь, выкидывала из его жизни тех, кто по ее мнению, мог навредить его реабилитации. В том числе его теперь уже бывшего агента. В тот период они много говорили о его семье, с которой он не поддерживает связь, и о людях, которых он может назвать близкими для себя. Ни слова о прошлой любви, бывшей жене или дочери. Ни единого гребаного слова.

[indent] Она услышала, как в ванне затихла вода. Через несколько минут в гостиную вернулся Джереми. Он выглядел определенно лучше, чем когда она его нашла, но все еще больше был похож на собственную тень.
- Ты лучше меня знаешь о своих грехах, Джер. Просто ответь. Этот кокс… он был здесь или ты взял его где-то на днях?
Карен забирается с ногами на диван напротив его кресла, поставив открытую бутылку виски на пол между ними. Какое-то время она просто молча изучает его лицо, пытаясь  прочитать ответы на свои вопросы.
- Так у тебя есть дочь? Сколько ей лет?

+1


Вы здесь » RED BUS » реальный мир » сегодня я пью виски, прости


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC